Бродяга попытался спрятать отмычки в карман, но огненный взгляд т„мных глаз незнакомца ж„г его. Весь дрожа, он послушно положил связку в камин, но вс„ ещ„ не теряя самообладания и бормоча какие-то заклятия, стал шарить у себя на груди и вытащил из-под рясы какой-то треугольник, направив его остри„м во вс„ так же спокойно стоявшего посреди комнаты князя Сенжера. Держа свой треугольник, в котором чтото сверкало, он почувствовал себя увереннее и осмелился взглянуть на своего визави. И был огорошен тем, что незнакомец добродушно смеется. Бешенство вырвалось десятком грязных ругательств из уст Мартина, ибо это был он, предводитель всей банды.
– Ты что смеешься? Верно, не чуешь, что приш„л твой последний час. Мой камень мигом свалит тебя с ног, хоть ты и разоделся в роскошный костюм. Ну, вались, говорю. – И злодей вытянул свою руку по направлению к стоявшему князю.
Лицо князя стало серь„зно и даже сурово. – Если ещ„ одну минуту ты промедлишь, – снова закричал Мартин, – я свистну и позову сюда моих товарищей. Тогда тебе несдобровать.
– Попробуй, – тихо ответил ему князь, едва подняв кисть руки в сторону Мартина. Тот не устоял на ногах и сел на медный лист у камина, с трудом дыша и покрывшись потом.
– Куда ты осмелился проникнуть, несчастный? И что ты взял на себя? Что руководило тобой, когда ты соглашался осквернить эти комнаты?
– Бонда обещал мне целое состояние, если я отобью кусок зел„ной чаши с мраморного стола в той комнате, – весь дрожа от страха, ответил Мартин. – О, не приближайтесь, только не приближайтесь! – в ужасе закричал он, увидев, что князь сделал шаг по направлению к нему.
– У тебя ещ„ есть время раскаяться. Ты ещ„ можешь осознать весь ужас того, что делаешь сейчас, увидеть, среди какой грязи ты жив„шь. Сложи всю дребедень, которой тебя наградил Бонда, в камин, обещай мне трудиться честно, и я спасу тебя от твоей страшной шайки. Я дам тебе возможность снова стать человеком и почувствовать радость освобожденной и чистой жизни.
– Как бы не так! Сил„нки-то не хватает одолеть мой камень, так блеешь овечкой. Держись крепче.
И злодей попытался снова вытянуть руку со своим треугольником. И снова тот же мягкий жест князя заставил его отд„рнуть с проклятием руку.
– В последний раз я тебе предлагаю, хочешь ли ты начать чистую, новую жизнь? Ты убедился сейчас, что злодейство бессильно против любви, е„ знаний и силы. Взгляни внимательно в сво„ сердце. Что ты там видишь? Что есть там, кроме лжи, предательства, измены? Просмотри всю свою жизнь. С тех пор как ты предал мать, ограбил сест„р, бросил женщину с реб„нком в нужде и голоде, было ли счастье в твоей жизни? Радовался ли ты хоть раз? Неужели жизнь в вечном страхе прельщает тебя? Сегодня ты приш„л грабить и кощунствовать. Завтра пошлют убивать, тоже пойд„шь?
Бродяга молчал, опустив голову, и угрюмо смотрел в пол. Ни один мускул на его лице не говорил о том, что он сожалеет о погубленной жизни. Недоумение оттого, что противник осведомл„н о его прошлой жизни, тупое упорство, жестокость и хитрость мелькали на его лице, он как-то фыркнул и дерзко сказал:
– Ладно, вижу, что ты, брат, из нашей же компании и сумел раньше меня залезть сюда. Я согласен поделиться с тобой всем, что раздобудем здесь и получим от Бонды. Но вс„, что я унесу с мраморного стола в той комнате, – только мо„. Я должен убить Ананду, он насолил немало нашему дорогому Браццано.
Мартин не докончил своего торга. Сенжер медленно поднял вверх руку и так же медленно и внятно заговорил:
– Милосердие не знает наказания. Запомни: вс„, что совершается с человеком, он творит для себя сам. Как бы безмерно грешен ни был человек, мгновение его до конца самоотверженной любви выносит его из кольца преступлений и ошибок и сливает со светлыми силами. Стоило тебе воззвать к Любви, – и она вырвала бы тебя из когтей смерти во зле. Но ты уже не можешь воскреснуть к Любви. В тебе омертвела та частица Жизни, что да„тся каждому. Сознание тво„ потухло, и жить тебе на земле больше не к чему. Тво„ сердце больше не способно к творчеству. Оно заботится только о себе одном, о своих скотских инстинктах. Человек, живущий во зле, одними личными страстями, не нужен жизни Вселенной, а потому не нужен и земле. Дабы оказать тебе последнее милосердие, приказываю тебе: вс„, что на тебе надето чужого, все украденные тобою у твоих же товарищей драгоценности сложи в камин. И уходи. Ты слышишь, как твои сообщники убегают. Спеши. Если тебя застанет здесь хозяин дома, тебе придется плохо. Ступай домой, кое-как дополз„шь. Там расскажешь обо вс„м тем, кто был так жесток, что послал тебя сюда, и забудешь навсегда об этом доме. Помнить будешь только, что жить в мерзости нельзя. В тоске и страхе, ничем не удовлетворяясь, влачи свои дни, пока не смилостивится над тобою смерть.
Как дикий зверь, срывал с себя Мартин какие-тo мешочки, драгоценности, коробочки и бросал в камин.
– Возьми горящую свечу и подожги собственной рукой все свои яды и наговор„нные талисманы, жалкий пьяница и мелкий воришка.
