Человеку, воспитанному кое-как суетливыми и суетными родителями, даже не ведавшими о ч„м-нибудь ином, кроме благ земных, невозможно сразу проникнуть в атмосферу гармонии и мудрости. Но каждый может, ЛЮБЯ Ближнего, думать о величии Света в н„м самом и нести свой поклон Свету во встречном. Я взял на себя вас, вашу жену и вашу семью, потому что вы – не зная и не догадываясь – оказали мне величайшую услугу, возвратив кольцо дяди.
Я приш„л к вам сегодня, чтобы сказать, что у вас есть верный друг и хранитель жизни; в любую минуту внутреннего разлада назовите мо„ имя, и где бы я ни был, я всюду услышу вас. Вы можете и не услышать моего ответа, но я непременно услышу вас, и ответ мой прид„т к вам, как ДЕЙСТВИЕ Фактов вашей жизни, как развязка вашей внутренней драмы.
Вы напрасно страдаете по поводу тех или иных обстоятельств вашей личной жизни. Для вас искусство жить на земле состоит в одном: достичь полной верности. У каждого человека своя жизненная задача. Иногда земная жизнь да„тся лишь для того, чтобы человек выработал только какое-то одно качество. Ваша задача: цельность. Цельность верности в мыслях и чувствах. Вам надо достичь гармонии, то есть равновесия духа и устойчивости его, и тогда ваш организм, психический, физический и духовный, МОЖЕТ начать творить.
Ананда подош„л к статуе Будды, в мл руки капитана в свои и положил их на чашу святого.
– Этими руками да проль„тся помощь из чаши Твоей на землю. Да помнит это сердце, как Тво„ дыхание мира и доброты, любви и сострадания, забыв о себе, изливалось на землю радостью. Да ид„т по земле это сердце из плоти, в физическом сво„м теле передавая радость и уверенность каждому, радуя и ободряя встречных, да растет это сердце в бесстрашии и верности Тебе, Твоим мудрости и миру.
Капитану казалось, что слова Ананды бегут по всему его телу, как электрический ток Волна спокойствия и уверенности точно смыла с него нал„т грязи и печали. Капитан почувствовал себя включенным в какую-то новую силу, которой ещ„ никогда не ощущал. Ананда положил руки на плечи капитана, своими глазами-зв„здами обласкал его и молча вышел из комнаты.
– До вечера, – сказал он в передней Джемсу и вышел на улицу, где уже начинался рассвет.
Оставшись один, Джемс снова прош„л в комнату отшельника II сел на тот же диван, где пров„л с ним несколько часов Ананда. Теперь Джемс уже не спрашивал себя зачем такие люди, как Ананда и И., лорд Бенедикт и сэр Уоми живут в гуще людей, их грехов и страстей. Он много раз вспоминал, как Ананда и И. удивлялись его и Л„вушкиному недоумению, когда он причислял их к существам высшего порядка, обладающим какимито чудесными силами, добытыми сверхъестественным пут„м. Они, смеясь, отвечали капитану, что любому ботанику управление пароходом казалось бы чудом до тех пор, пока он не обучился бы капитанскому искусству. Когда знание открывает глаза, всякое волшебство исчезает…
В образе Будды перед ним сияла жизнь обычного человека. Этот человек не требовал авторитета, никому не внушал фанатизма веры. Он просто учил любя побеждать, искать в себе мир, понимать, что в себе мы носим бесценную, дивную свободу. Капитан приблизился к самой чаше святого, прислонился к ней головой и прошептал.
– Идти за Твоею мудростью хочу. Буду стараться видеть е„ во вс„м, что встречу в течение дня. Я знаю сво„ место во Вселенной, знаю, что я не обладаю должной духовной высотой, чтобы находиться подле них всю мою жизнь. Но встречи с высокими я не забуду и постараюсь начинать и завершать мой скромный день у чаши Твоей.
Он еще раз взглянул на прекрасное лицо Будды и тихо вышел из дома, где уже просыпались немногочисленные слуги.
Весь день семья Е., как и сам капитан, считали минуты, когда наконец поедут к лорду Бенедикту. Однако в семье лорда все были заняты текущими делами и мало думали о вечернем при„ме.
Алиса сменила Дорию у постели больной матери, которая была уже в полном сознании, но по ужасу и смятению, наполнявшим е„, казалась близкой к безумию. На все старания Алисы е„ успокоить леди Катарина твердила только одно:
– Если бы ты знала вс„, Алиса, ты бы не только ласки своей мне не дарила, но не захотела бы даже войти в эту комнату. Я, я одна погубила Дженни и испортила половину жизни тебе. Что мне делать? Куда мне кинуться? Как помочь Дженни?
– Мама, милая, любимая мама. Какую жизнь вы мне испортили? Я была счастлива, я любила вас и папу, и Дженни, и охотно делала, радостно и просто то, что вам хотелось, и жалею, что не умела сделать больше. Теперь я знаю только одно: если папа не судил вас, а учил вас уважать, – он и сейчас подтвердил бы нам с Дженни ту же свою волю. Мамочка, перестаньте дрожать и бояться. В доме лорда Бенедикта нет места страху. Здесь для каждого есть защита.
Не успела Алиса произнести эти слова, как в комнату вош„л Ананда. Он точно вн„с с собой весеннее солнце, так светел, весел и радостен он был.
