Они выехали на верхнюю часть эстакады. Майкл и Лора выпрыгнули из кабины, Питер следом за ними. Приземлился на ноги, сгибая их в коленях, чтобы смягчить удар, перекатился по асфальту. Воздух с шумом вышел из груди. Он остановился как раз вовремя, чтобы увидеть габаритные огни заправщика, когда машина пробила ограждение. На кратчайшее мгновение ему показалось, что машина, все двадцать с лишним тонн ее веса, готова взлететь в воздух. Но затем она исчезла, проваливаясь вниз, и в ночи прозвучал еще один оглушительный взрыв, осветив все вокруг, будто немыслимых размеров факел.
Он услышал голос Лоры, слева.
– Питер, помоги!
Майкл лежал без сознания. Его волосы были липкими от крови, а рука изогнулась неестественным образом. Судя по всему, перелом. Первые из Зараженных были уже у начала эстакады. Питер взвалил Майкла на плечо.
«Боже, – подумал он, когда у него едва не подогнулись колени, – пару-тройку лет назад это было бы куда легче».
На фоне звезд виднелся флаг, обозначающий убежище.
И они побежали.
Она появилась в дверях, когда Луций завершал вечернюю молитву. В ее руке была звенящая связка ключей. Простая серая туника и безмятежное выражение лица совершенно не сочетались с положением человека, вломившегося в тюрьму, однако Луций заметил, что ее кожа блестит от пота, несмотря на вечернюю прохладу.
– Майор. Рада вас видеть.
Его сердце наполнилось предвкушением. Предстоящих событий, завершения начатого, судьбоносных решений. Казалось, всю свою жизнь он лишь ждал этого момента.
– Началось нечто, не так ли?
Эми спокойно кивнула.
– Я тоже так думаю.
– Я молился об этом. Молился
Эми кивнула.
– Нам надо поторапливаться.
Они вышли из камеры и пошли по темному коридору. Сандерс спал, сидя за столом, снаружи, положив голову на аккуратно сложенные руки. Второй охранник, Кулидж, храпел, лежа на полу.
– Они еще некоторое время не проснутся, – сказала Эми. – А когда проснутся, то ничего не вспомнят. Ты просто исчезнешь.
Луций протянул руку и вытащил пистолет из кобуры Сандерса. Поглядев на Эми, увидел, что она смотрит на него с опаской.
– Не забывай, – предупредила она. – Картер за нас.
Луций передернул затвор, поставил пистолет на предохранитель и заткнул его за пояс.
– Понял.
Выйдя наружу, они пошли к пешеходному тоннелю быстро, но осторожно, держась в тени. У ворот стояли три человека из Внутренней Службы, рядом с горящей жаровней, грея руки.
– Добрый вечер, джентльмены, – сказала Эми.
Они осели вниз с легким удивлением на лицах. Луций и Эми подхватили их и аккуратно опустили на землю.
На противоположной стороне тоннеля их ждали две оседланные лошади. Луций подставил руки под ногу Эми, а потом вскочил на вторую лошадь, взяв поводья.
– Только одно хочу спросить, – сказал он. – Почему я?
Эми на мгновение задумалась.
– У каждого из нас такой есть, Луций.
– А Картер? Кто есть у него?
Ее взгляд стал непроницаемым, будто мысли унесли ее куда-то вдаль.
– Он отличается от остальных. Его фамильяр внутри его.
– Женщина в воде.
Эми кивнула.
– Он больше жизни ее любил, но не смог ее спасти. Она – его сердце.
– А нарики?
– Это его Легион, его потомки-Зараженные. Они убивают лишь тогда, когда иначе не могут. С ними тяжело. То, о чем думает он, о том и они думают. То, что снится ему, снится им. Им снится она.
Кони выбивали из земли облачка пыли. Едва миновала полночь, и единственным свидетелем их ухода было безлунное небо.
– Как мне снишься ты, – сказал Луций Грир. – Как мне снишься ты.
И они ускакали во тьму.
И снова во тьму. Хулио Мартинес, лишившийся своего Легиона, который развеяло по ветру. Хулио Мартинес, отвечающий на зов Зиро.
