Двенадцать ночей полностью

– Как бы то ни было, мы пришли сюда. Поначалу мы ждали их со дня на день – воинственные племена, голодных людей, у которых не было ни времени для историй, ни любви к ним. Они вытеснили нас из Вифинии, но здесь не появлялись, и мы решили, что они готовят осаду. Мы много потрудились поэтому, чтобы превратить наши пещеры в крепость, обеспеченную всем необходимым, но самоуспокоенностью мы никогда не грешили, мы всегда знали, что может понадобиться выход. Где-то далеко, в неожиданном месте. И мы проделали эту часть туннеля – до самой высоты, внутри крутого пика. Мы назвали это место Иглой. В случае опасности мы могли спуститься отсюда, как орлы из гнезда. Но наши преследователи так и не явились, и мы никогда не использовали этот проход.

Вилли резко поднял голову и с мрачным, мучительным напряжением в лице произнес:

– Назад – отойдите скорей.

Кэй и Флип как могли быстро двинулись обратно вниз, оглядываясь на Вилли, который с великим трудом выпрямился, натягивая длинную цепь, – она шла от пола, где что-то хрипло, тяжко скрежетало. И тут внезапный оглушительный грохот наполнил туннель, и у Кэй была всего секунда, чтобы отвернуться, прежде чем их с Флипом обдало картечью камешков и окутало облаком пыли. Пыль жалила глаза, как осы, горло перехватило до удушья. Она подняла ладони к лицу, плача, крича, – и продолжала бы пытаться кричать, не облей ей Флип голову водой и не пригни ее твердой рукой книзу, не заставь сесть на пол, где воздух был блаженно чист. Она судорожно хватала его ртом.

– Что… что это такое было? – спросила она жалобным, хнычущим голосом. – Что это такое?

– Похоже, нам повезло, пол выдержал, – сказал Флип, который был в каких-нибудь дюймах от нее. – И это даст нам выход отсюда.

В этот миг Кэй поняла, что вслед за тучей пыли, вслед за грохотом в туннель приходит свет, он лился потоками, набирал силу по мере того, как пыль редела и оседала. Кэй с Флипом поползли по полу, преодолевая метр за метром с томительной осторожностью, пока наконец их руки не нащупали дыру в каменном полу. Воздух, которым щедро тянуло оттуда, обдувал ее свежей струей.

Она отважилась подтянуться к краю и заглянуть за него, посмотреть вниз…

Она бы снова закричала, если бы то, что увидела, не высосало весь воздух из легких. Под полом ничего не было, совсем ничего: необъятная, зияющая, головокружительная пустота, сотни метров вдоль отвесного утеса до скал внизу.

Может быть, утес какой-нибудь.

Кэй смотрела, застыв.

Флип мягко положил руку ей на плечо, а потом – вот спасибо! – без церемоний оттащил ее обратно, на надежное место.

– Эти последние метры туннеля пробиты на самом верху утеса, через большой каменный выступ, нависающий над долиной. Нам нужна была дверь, которую невозможно найти снаружи. Тут и над нами небо, и под нами. Когда Вилли сейчас эту дверь открыл, был реальный риск, что пол провалится. – Флип улыбнулся. – Но он выдержал, мы не упали.

Голова у Кэй плыла, и она положила ее на этот пол, усыпанный каменной крошкой, закрыла глаза. Двенадцать ночей, Элл. Он двенадцать ночей мне дал, чтобы найти тебя, только двенадцать.

Почти час они спускались по отвесной стене, хватаясь за скрытые поручни, которые столетиями раньше были вделаны здесь в камень утеса. Вилли перемещался первым, а Кэй страховал Флип: все время находясь чуть ниже нее, он без спешки руководил каждым ее движением. Все еще было утро, и, хотя воздух понемногу согревался, порывами дул резкий северный ветер, холодя щиколотки Кэй; кисти рук на железных поручнях тоже мерзли и под конец едва слушались ее. Одного взгляда вниз, впрочем, хватало, чтобы заставить мышцы работать.

– Теперь, Кэй, прыгай!

Оставалось метра три высоты; она отцепилась от скалы и тяжко рухнула в подставленные объятия обоих духов. Надежной как никогда показалась ей твердая поверхность под ногами – потрескавшийся бурый камень, на котором она стояла теперь и выплакивала накопившиеся слезы. Они стекали, падали со щек – как альпинисты с горы, подумала она, – и разбивались о каменные обломки внизу. Одна за другой, они десятками – а может быть, сотнями – шлепались в небытие, почти не оставляя на камне влажных следов.

– Добро пожаловать в Орлиное Гнездо, – сказал Вилли. – Посмотрю, нет ли тут еще кого.

Кэй подняла на него взгляд; он вскочил на каменный уступ подле них с Флипом, а оттуда забрался в выдолбленную нишу – из этого укрытия ему было видно и широко, и далеко, не только все, что на севере, но и дальние горы за хребтом к югу и западу. Этого наблюдательного пункта не видели даже они сами, когда спускались. Прежде, чем Флип мог остановить ее, Кэй, прыгая по уступам, присоединилась к Вилли.

– Кэй… нет… не надо…

Но было уже поздно. Она крепко вцепилась пальцами в рукав Вилли, чтобы устоять перед волнистой бескрайностью панорамы, над которой она волнисто парила сама. От этого полета над бездной, от полета в вышине без крыльев ее слегка замутило.