Арбалет щёлкнул, но стрела не вылетела — скорее, вывалилась. Нехотя и неспешно пролетела по дуге. Упала в шаге от Мерва.
— Эм-м… — задумчиво протянул Алекс, перевёл взгляд со стрелы на Мерва и доверительно спросил. — А ты куда целился?
— У тебя даже арбалет сломан! — презрительно бросил тот и швырнул оружие на пол.
— Конечно, во всем виноват арбалет, — пробормотал себе под нос Алекс, — плохому охотнику арбалет мешает…
Под возмущённое: "Да что ты там постоянно бормочешь?!" поднял оружие и тоже прицелился в дверь. Арбалет щёлкнул. Вторая стрела вывалилась следом за первой.
Алекс долго смотрел на неё, лежащую на полу. Потом пробормотал:
— Это плохо...
— Конечно, плохо! — фыркнул Мерв. — Он не стреляет!
— Это не мой, — ответил Алекс. — Мне его...
"Показали. Подсунули?"
Конечно, всё может быть куда проще, и у детей просто сломался арбалет, а они и не знали... Но просто никогда не бывает, это Алекс уже давно уяснил.
"Прежде, чем сюда попасть, мы бывали в разных местах", — говорил Неир. И ещё: "Приходилось... справляться".
Может, вот откуда у них полный сундук оружия? Трофейный? Справились с врагами, оружие — себе. Ну ведь правда — где ещё трём детям взять столько оружия?
В этом селении оборотень не убивал. Никого из местных. В соседних — море крови, а тут — тишь да гладь. Именно потому Алекс пришёл сюда. Вероятно, Мерв тоже.
“Здесь живут хорошие люди”, — говорил Неир. А хороших людей оборотень не убивает.
Это уже Мерв сказал.
— Ла-адно... — протянул Алекс. Сунул арбалет в руки растерянному Мерву, прошелся по комнате. — Пусть так. Но обращаясь, человек перестаёт быть собой. Как они контролируют...
Развернулся к Мерву, но тот только растерянно хлопал глазами. Снова — светло-голубыми и очень искренне, по-детски удивлёнными.
— А! — отмахнулся от него Алекс. Помощник из Мерва, прямо скажем, так себе.
Сам, всё сам.
Контролировать зверя в себе оборотень не может. Превращаясь — становится совсем другим существом, которому плевать, кто плохой, а кто хороший, который просто есть хочет...
И всё же.
Несколько жертв за одну ночь говорят не о силе или скорости. Это говорит о том, что волк не один. Что их, например, трое.
И напасть на клан — это не смелость. Это юношеское безрассудство. Потому что они — дети.
Как Зара сказала при встрече? “Неир любит прикидываться злым человеком, но это не так”.
И понятно теперь, почему его позвали в гости. Тут уж совсем прямо было сказано, и неоднократно: Мерву они не поверили. А в Алексе — заподозрили охотника.
И детёныш их на дереве сидел не просто так, а потому что они всегда настороже. Всегда ждут, всегда опасаются. Да у них же всё во взглядах видно! Такие в гости не приглашают. Ни чужаков, ни соседей. Только потенциальных жертв.
И показывают сломанный арбалет.
— Блин! — припечатал Алекс, остановился на очередном шаге и круто развернулся к Мерву.
Тот смотрел с опаской, продолжая прижимать к себе арбалет.
"О да! — сердито подумал Алекс. — Вот так — очень правильно держать!"
Но сердился он не на Мерва, на себя. Что в очередной раз оказался дураком.
— Твой фермер, — сказал он и кивнул на карту. — У него дети были?
— Чего? — спросил Мерв.
— Дети должны были быть, — сообщил Алекс, — и он мог их обижать. Или собачку. Он мог обидеть собачку. Понимаешь, мой большой друг?
Во взгляде голубых глаз, которые стали ещё больше, читалось совершенно определённое: “Нет”.
Но Алекс привык.
— Или цветы не там сорвать, — продолжил он. — Или не ту молитву Ирхану вознести. Это уже не важно. Разные линии поведения! Если для кого-то страшное преступление — убить человека, то для другого — пнуть собачку. Все зависит от того, кто из них выбирает жертву. От того, кто выбирает, зависит, за что наказывают. Вот почему они у тебя тут не совпадают!
Алекс замолчал, вновь покосился на карту. Двадцать крестиков. Жертв — больше.
Плохие, плохие дети. И если всё так, и если это они... Пожалуй, им уже не помочь.
— Вполне возможно, ты прав, Мерв, — медленно проговорил он. — Вполне возможно…
— Я вообще не понимаю, о чём ты говоришь, — признался Мерв. — Кроме того, ты постоянно бормочешь, и ничего разобрать нельзя. Но сейчас мне показалось, что я услышал: “ты прав”.
— Возможно, — напомнил Алекс. — Ещё я сказал "возможно". Всё это, — он кивнул на карту, — может иметь смысл только в том случае, если ты идёшь по следу стаи.
— Большой? — напряжённо спросил Мерв.
"Да нет, — подумал Алекс. — Всего трое. Все — дети. Плохие, глупые дети... Зачем им это?"
Для защиты, сказал бы Неир. И если бы он сразу говорил правду, в это, возможно, Алекс бы ещё и поверил. Но теперь — кто поверит лжецу?
Вообще-то Алекс привык к тому, что главным лжецом является он сам. А тут — такое разнообразие.
Будто попал в комнату кривых зеркал. И постоянно натыкается на искажённые отражения. Одно вот, стоит напротив, так растерялось, что до сих пор неправильно держит арбалет. Второе, хитрое и подлое — в скрипучем доме, с двумя собственными копиями чуть поменьше.
Слишком много отражений и копий. И нет выхода, совершенно нет выхода.
