Едва заметно кивнул.
— Речь о Горных, — сказал Атэй. — Они собираются идти на Империю. Империи нужна вся возможная помощь.
Король снова едва заметно приподнял брови. Потом нахмурился, устремив взгляд в сторону, будто что-то обдумывал. Наконец, вновь окинув их взглядом, сказал:
— Наместник не знает о вашей затее.
Атэй, а за ним и Сэл, кивнули.
— И вы оставили свой Креур, чтобы идти ко мне, а потом — на войну в Империю?
— За ним есть кому присмотреть, — твёрдо ответил Сэлгек. — Я бы не оставил свой город без защиты, если бы не был твёрдо уверен...
— Вы ещё молоды, — перебил его Каарэй, не дослушав, — но ведь уже должны понимать: вам не будет дороги назад, даже если останетесь в живых. Стоит ли ваш друг, стоит ли Империя того?
— Чем люди в Империи хуже людей в Ферроне? — спросил Сэл. — Принося клятву Хранителя, я обещал отдать жизнь за них, если потребуется.
— Ты не приносил клятвы, — Каарэй глянул на Атэя. Взгляд у него стал другим: внимательным и острым, будто насквозь протыкал. Сэл понял: от ответа Атэя, сейчас зависит многое. Почему-то именно этот ответ должен решить дело.
У старика-советника тоже изменился взгляд: он смотрел на гостей, а потом и на короля устало, с ноткой раздражения. Так смотрят на ребёнка, которого долго отучали сбивать палкой большие сосульки, а потом к нему пришли другие дети с такой же палкой и той же идеей.
— Во-первых, — сказал Атэй, улыбнувшись, — как Сэл уже дважды очень настойчиво и не вовремя сообщал, я его друг. Куда мне идти, если не за ним? Во-вторых, как он сообщал единожды и не так настойчиво, я летописец. Как я могу пропустить такое событие?
Король Каарэй глядел ему в глаза долго, пристально. Атэй продолжал улыбаться.
Потом король наконец поднялся. Сэлу с Атэем, которые тут же поднялись следом, жестом указал на дверь. И не успели они раскрыть рта, чтобы вновь начать его убеждать, холодно приказал:
— Ждите.
Старик-советник проводил обоих коротким, но таким ледяным взглядом, что Сэлгек понял: у Даарского короля взгляд ещё ничего. По сравнению со стариком, он вообще приятный парень. И шаманский великан приятный. А Наместник — так вообще душка.
— Кажется, сработало, — тихо сказал Атэй, как только закрыл за собой дверь.
Сэлгек прищурился: здесь, в коридоре, беспрепятственно проникая в высокие окна, лучи Ирхана били в глаза. Огляделся. Никто не подслушивал, по крайней мере, никого в этих лучах не было видно.
— Я собирался выбросить тебя из окна, — серьёзно сказал он Атэю.
— Это было бы очень неразумным решением, — отметил Атэй, гордо улыбаясь. Он был явно доволен собой: ему удалось, как минимум, заставить короля задуматься над их просьбой. Самого Даарского короля! Свирепого и зубастого!
А что при этом он неуважительно отозвался о Сэлгеке... Ну ладно, Сэлу почему-то это тоже оказалось довольно просто перенести. Чёрт с ним, с Даарским королём, пусть думает о Хранителях, что хочет. Он не житель Феррона, у него не должно быть тех заблуждений на их счёт, которые, по словам Наместника, обязаны иметь все ферронцы.
Если признание Сэла в собственной трусости заставит его разрешить им взять покататься виверн, пускай. Это раньше Сэлгек очень боялся чего-нибудь испугаться. Теперь же, когда сам Алекс сказал, что бояться — это нормально, сам Алекс похвалил за смелость, максимально возможную в тех условиях... Что ему теперь мнение Даарского короля, пусть даже свирепого и зубастого?
— Благодаря мне, переговоры всё ещё могут завершиться успехом, — продолжал, сияя похлеще Ирхановых лучей, Атэй.
Сэл смотрел на него пару мгновений. Потом понимающе проговорил:
— Ты хочешь, чтобы я спросил.
Атэй заулыбался ещё шире.
— Хорошо, — вздохнул Сэл. — Спрашиваю. Как ты понял, что именно говорить королю?
— Ему не нравится заниматься государственными делами, — пожал плечами Атэй. — Ему вообще не нравится быть королём.
— Ты бы потише, — посоветовал Сэл, быстро оглядевшись.
— Он принял нас, не сидя на троне, вообще никак не выказывая преимущество, положенное ему по статусу, — Атэй и впрямь понизил голос, но не слишком. — Ему претят всякие церемонии. Даже по его одежде, по манере двигаться видно: ему всё это не нужно. Подозреваю, из него вообще не слишком хороший...
— Тихо! — зашипел Сэл.
— ...король, — шёпотом договорил Атэй. — Ему нравится быть человеком. И мы тоже должны были показаться ему людьми. Обычными, нормальными. Которые могут испугаться, которым на самом деле нужна помощь. Он не злой человек, он готов помочь. Он просто заперт в этом дворце и в своём статусе, и ему от этого тяжело. Так что вот тебе пророчество: по-человечески — он поможет, по-королевски — вряд ли.
— А выделить двух виверн — это по-каковски? — спросил Сэл.
— Сейчас и узнаем, — пожал плечами Атэй.
Но судя по улыбке, он уже предвидел победу.
***
— Не вздумай, — строго сказал Дэшон, как только гости вышли.
Рэй прошёлся по комнате. Шаги были всё ещё тяжёлыми, но Рэй чувствовал себя гораздо легче.
— Я ещё ничего не сказал, — отметил он, развернувшись у окна и двинувшись в обратную сторону.
