Опять Атэй не назвал ни имени, ни звания советчика, ни рода деятельности этого загадочного советика. И опять Рэй понял, о ком речь.
— А Хранитель отказывается? — спросил Рэй.
— Наотрез, — кивнул Атэй.
— И снова онемел? — хмыкнул Рэй, переведя взгляд на Сэлгека. — Если хочешь моего совета, почему не спросить прямо? Почему говоришь через писаря? Он же, вроде, писарь, а не глашатай.
Охотники уже не хохотали громогласно над каждым его словом, но тихо фыркали себе под носы. Да Рэй и не шутил, в общем-то. Ему действительно было интересно.
— Да я не... — начал было Сэлгек, но не договорил, потому что не хотеть совета короля — это тоже неправильно. Злобно зыркнул на Атэя, и тот чуть заметно виновато усмехнулся, развел руками.
— Я не считаю, что мне нужно беречь спину, — ответил наконец Каарэю.
— Правильно, — кивнул Рэй. — Риирдал вообще любит перестраховаться, не стоит воспринимать его слова всерьёз.
Все замолчали. Никто больше не фыркал, не переводил заинтересованные взгляды с него на собеседников. Имя Риирдала давно стало запретным в рядах охотников, да и вообще, наверное, в Дааре. Кажется, настолько запрещённым, что они решили, Рэй тоже его никогда не произнесёт. Никто не знал о том, что произошло, но все знали: произошло. Не просто так тот не вернулся с битвы на утёсе.
В гробовой тишине Рэй доел ужин, допил оставшееся в кубке вино и поднялся.
За ним следом поднялись было остальные, но Рэй отмахнулся.
— Заканчивайте трапезу, — сказал он. — Я буду ждать на площадке у колокола, когда тень пика Ночи коснётся северной стены.
Вышел из трапезной под тяжёлое молчание.
Сказал Дэшону, вновь появившемуся на пути из ниоткуда:
— Нет.
И двинулся к себе. Переодеться. Потом — к гнёздам. А пока тень не коснётся стены — просто полетать с Миртом. Он давно просто так не летал с Миртом.
— Я не буду тебя отговаривать, — заговорил старик и зашагал следом.
— Удивительно! — хмыкнул себе под нос Рэй.
— Рэй, ты всё решил, я это понял, — сказал Дэшон. — Я не буду тебя отговаривать.
— Может, тогда и ходить по пятам не будешь? — спросил Рэй, не оборачиваясь.
— И ходить не буду, — согласился Дэшон, и Рэй всё-таки обернулся. Сбавил шаг, дожидаясь Советника. Спросил, когда тот догнал и выровнял шаг:
— Что тогда?
— Пожелаю удачи, — сказал Дэшон. — И, Рэй...
Он остановился, положил ладонь Рэю на плечо, и тот от удивления тоже остановился.
— Будь сильным, — сказал Дэшон.
— Да я и так, — фыркнул Рэй, развернулся и двинулся прочь.
— И возвращайся домой, — сказал в спину Дэшон.
— А куда я денусь? — удивился, не оборачиваясь, Рэй.
***
С Миртом они полетали совсем немного: до леса и назад.
А разворачиваясь у башни дворца, Рэй заметил: все уже собрались на площадке у колокола.
И охотники, и Хранитель со своим разговорчивым другом.
Они отправились в путь задолго до того, как тень пика Ночи коснулась северной стены.
Но горы велики — и ночь нагнала их, пока летели над их вершинами. Накрыла пеленой, окунула в звёздную тьму.
Отражением звёзд горели далеко внизу костры Горных. Рэй редко видел костры Горных, но сейчас ему показалось, их больше, чем должно было быть. Их больше и сами они — больше.
Рэй сдержал странное желание рвануть вниз прямо сейчас, устроить Горным неприятную неожиданность, разогнать всех, припугнуть, в конце концов. Это, конечно, было бы весело, но совершенно бессмысленно. Нападать на Горных на их же территории — опасно. Даже если ты в любой момент можешь взлететь в воздух. Потому что Рэй-то, может, и взлетит, а Хранитель — что в кольчуге, что без — обязательно где-нибудь не вовремя упадёт.
Одно дело, если он упадёт, помогая другу победить врага. Другое — если будет выполнять бессмысленную прихоть ненормального короля Даара. И конечно же, Рэю придётся за ним возвращаться. И конечно же, Горные тогда будут более подготовленными. А Рэй пообещал Дэшону вернуться домой.
Он ещё раз с тоской глянул на костры и погнал Мирта дальше, вперёд.
***
Сакар стоял удерживая руку Шейр в своей.
Напротив пылал огромный костёр. На его фоне предводитель Горных, тот самый Умбрер, казался огромной косматой глыбой, а не человеком; существом без тела и лица, силуэтом, вынырнувшим из этого пламени.
"Мы почти у цели, — подумал Сакар, сжимая тонкие пальцы Шейр. — Почти у цели..."
Вокруг, сколько видел глаз, горели костры поменьше, а вокруг каждого костра сидели, прыгали, переговаривались — кратко, рвано, кричаще — о чём-то своём Горные. Но стоило появиться на поляне Сакару с Шейр — все замерли, перевели на них взгляды. А стоило им подойти к самому большому костру, поднялись и сомкнули вокруг плотное кольцо.
Вышел Умбрер.
Запахло палёным.
И не хватало воздуха, чтобы дышать. Возможно, из-за костров. Возможно, потому что поднялись слишком высоко, а Сакар помнил — учил у гномов — в горах воздуха меньше.
Зато наконец было больше не холодно.
