— Где Рут? — требовательно спросил он, а потом его голос сорвался: — Проклятая тварь, отвечай: где моя жена?!
— Не беспокойся, мистер Эннис, — все так же безразлично ответил индус. — Скоро вы воссоединитесь со своей женой и разделите ее судьбу. Вы оба отправитесь через Дверь, когда она откроется. Необычная ситуация: жертвы сами идут к нам в руки. Обычно довольно трудно заполучить их.
Он махнул рукой, и двое членов Братства с пистолетами подступили к Эннису и Кэмпбеллу.
— А теперь прогуляемся в Пещеру Двери, — объявил Чандра Дасс. — Инспектор Кэмпбелл, я хорошо знаю вас и уважаю ваше упорство. Предупреждаю, что при любой попытке сбежать вы получите пулю в спину. Вы двое пойдете впереди, — сказал он, и насмешливо прибавил: — Помните, пока вы живы, у вас всегда есть тень надежды, но если заговорят пистолеты, то никакой надежды не останется.
Эннис и инспектор Кэмпбелл, по-прежнему с поднятыми руками, повинуясь командам индуса, стали спускаться вниз по освещенному туннелю. Следом за ними двигались двое в капюшонах и сам Чандра Дасс.
Эннис видел, как вытянулось лицо инспектора. Он знал, что за этой бесцветной маской разум Кэмпбелла усиленно работает, пытаясь отыскать способ спасения. Что до американца, то он забыл обо всем, кроме своей молодой жены. Что случилось с Рут, что за таинственный ужас поджидает ее и других жертв? Однако теперь он будет рядом с ней, он защитит ее!
Туннель уходил все дальше и дальше, постепенно выпрямляясь. На этом прямом участке Эннис и Кэмпбелл впервые заметили резьбу на стенах — всевозможные надписи. У пленников не было времени, чтобы попытаться разобрать написанное, но Эннису показалось, что эти надписи сделаны на различных языках, начертание большей части которых непривычно глазу человека.
— Боже, некоторые из этих надписей — египетские иероглифы, — пробормотал инспектор Кэмпбелл.
А потом откуда-то сзади до них донесся голос Чандры Дасса.
— Эти надписи, точно так же, как языки, на которых они написаны, созданы задолго до появления Египта, инспектор. Братство Двери существовало задолго до появления Рима и Египта. И каждый год его члены собирались, чтобы открыть Дверь и принести жертвы Тем, кто за Дверью.
Теперь в голосе индуса зазвучали фанатические нотки безумия, и Эннис вздрогнул, хотя в туннеле было вовсе не холодно.
Шагая все дальше по туннелю, они услышали приглушенные, хриплые звуки, словно кто-то бил то ли в барабан, то ли в бубен, где-то впереди — глухой, ритмичный грохот, эхом разносящийся по туннелю. Стены были влажными и сверкали в лучах странного света.
— Вы слышите грохот прибоя над головой, — продолжал Чандра Дасс. — Пещера Двери лежит на несколько сотен футов ниже уровня океана, под каменным морским дном.
Вскоре все вошли в темный, неосвещенный туннель, который ответвлялся от освещенного. По мере того как они спускались, грохот прибоя звучал все тише, и вскоре Эннису показалось, что, слышит, как кто-то монотонно читает псалмы, точно так, как казалось в пещере наверху. Только теперь эти звуки были громче, и источник их был намного ближе. Услышав песнопения, Чандра Дасс прибавил шагу.
Неожиданно инспектор Кэмпбелл поскользнулся на камне и всей своей массой рухнул на пол туннеля. Туг же Чандра Дасс и два его спутника отпрянули, нацелив пистолеты на детектива, который с трудом поднялся на четвереньки.
— Не советовал бы вам проделывать подобный трюк снова, инспектор, — предупредил индус голосом, в котором слышались смертоносные нотки. — Теперь ни один трюк вам не поможет.
— Ничего не поделаешь, пол тут очень скользкий, — пожаловался инспектор Кэмпбелл.
— Еще раз поскользнетесь, и я вам хребет прострелю, — пообещал Чандра Дасс. — А теперь быстро… Марш вперед!
Туннель резко повернул, потом еще раз. После всех этих поворотов Эннис окончательно утратил ощущение направления. Он взглянул на инспектора, и в сердце его снова вспыхнула надежда, поскольку он увидел, что тот сжимает в руке нож, который обычно носил за голенищем. Видимо, инспектор специально споткнулся, чтобы вытащить его. Затем Кэмпбелл приблизился к молодому американцу, и они пошли чуть быстрее. На какое-то время расстояние между ними и их конвоирами увеличилось И тогда инспектор прошептал молодому человеку, делая паузы так, чтобы шорох шагов заглушал слова:
— Будь… готов… прыгнуть… на них…
— Но они станут стрелять, если мы… — в ужасе прошептал Эннис.
Кэмпбелл не ответил, однако Эннис почувствовал, как напряглось тело инспектора.
Туннель еще раз круто повернул. Теперь песнопение доносилось откуда-то сверху. Однако инспектора сейчас волновало совсем другое. Как только они повернули за угол, Кэмпбелл, резко развернувшись, ударил ножом человека, который шел следом.
Пистолет, нацеленный ему в желудок, выстрелил почти в упор. Инспектор дернулся всем телом, когда пули разорвали его тело, но остался стоять, с быстротой молнии нанося удары ножом.
