— Ладно, дальше. — Черт хлопнул по автомату, требуя добавки. — Крапива, как ты уже понял, врач. Соваться она не имеет права, потому что все равно толку от нее мало, а помощь как от человека бывает неоценима. Запомни сразу: если она говорит, что это надо обработать, даже если там крохотная царапина — сиди и не дергайся! Ей лучше знать, а просто так отвлекать оперативника она не будет. Это понятно?
Я поспешно закивала — тон у Черта был хоть и усталый, но суровый.
— Вот и хорошо. А то знаю я эту вашу браваду молодежную — а потом в больницу, заражение...
— Заражение? От чего? — не поняла я.
— Видишь ли, я в химии не силен, — Черт почесал в затылке, — Это лучше, к Оскару, он у нас гуру по всем вопросам. В общем, туман сам по себе безвреден. Но когда он формируется, то обретает некоторые свойства... А, демон его знает! Короче, он выделяет яд — считай так для простоты! Разлагает кожу на ура, небольшой порез может обернуться настоящей раной. И что хуже всего — тормозит регенерацию. Поняла? Слушаться будешь?
— Буду! — я спешно проглотила остатки шоколада и, с молчаливого согласия Черта, закурила.
— Так, что еще... Фиксированный пар у нас нет, работаем все вместе на одном отрезке с некоторым разбросом. Недалеко от слабого обычно есть сильный, так что смирись: тебе ближайшее время — если ты у нас конечно не вундеркинд как Жанна — предстоит патрулировать с Михалычем. Если возникает ситуация, типа... Зови меня. Связь через Вел -работа эмпата как раз в том, чтобы чувствовать активность тумана, предупреждать о ней, и поддерживать связь между нами.
— Она что, мысли читает?! — от удивления я чуть дымом не подавилась.
— Нет, — Черт наконец слабо усмехнулся, — но эмоции чувствует хорошо, одного от другого нас легко отличает. Словом, если чувствует волнение от кого-то, то посылает... А, демон! Не знаю я, как это работает! Но в какой-то момент ты просто чувствуешь, что тебе надо
— Есть! — вырвалось у меня, и я сама даже встала как-то ровнее.
Черт чуть улыбнулся.
— Вольно! Боец... Докатились, буквально из-за парты выдергивать приходится. Ладно! Так, теперь вот еще что. Группа без Джо и правда некомплект, хоть и должно быть тихо. Но Оскар решил перестраховаться, а я всегда его слушаюсь, так что у нас будет вампир.
— Вампир?! — ахнула я. И сама же засмеялась над собой: ну да, оборотни для меня уже суровые будни, а вампиры — кошмар из ужастика.
— Вампир-вампир, — Черт снова улыбнулся, его лицо мгновенно стало моложе от одного этого блика улыбки, а я в очередной раз подумала, что Шеф — старый интриган, — зовут Виктор.
Я подозрительно прищурилась.
— Успокойся ты, — Черт хлопнул меня по плечу, и я невольно присела, — вампиры не едят нечисть. Невкусно, говорят. Так что не дергайся — не съест. Тип не то чтобы самый приятный, но покажите мне вообще приятного вампира! Лезть к нему не советую.
— Да больно надо, — пробурчала я, задетая тем, что вокруг этого вампирюги разводят такие церемонии.
Черт кивнул.
— И еще он... ну, в общем, сама увидишь. Вроде бы все, — он похлопал себя по карманам, ища зажигалку, — будут вопросы, спрашивай меня или Михалыча, всегда ответим. Сегодня у тебя функция скорее наблюдательная. Все, можешь идти, не опоздай.
Я кивнула и пошла к выходу — сначала быстро, потом медленнее. Слова капитана я расценила скорее как намек «Оставь меня одного», чем простое разрешение удалиться. У поворота я оглянулась. Черт курил, глядя куда-то в сторону, и дым красиво поднимался от его темного силуэта к белому потолку.
Нет ничего хуже зимнего утра. Зимняя ночь несет в себе искреннюю стужу, настоящую темноту и что-то такое, первобытное, чего нет больше никогда. Что заставляет найти любой огонь, пусть даже в зажигалке, и вспомнить, что он приручен. Что он тут — в любой момент, когда только пожелаешь, что никто не погибнет, если огонек вдруг погаснет...
В зимнем утре есть только хмарь, холод и железный привкус рассеянной ненависти.
Я стояла у Столба и ждала остальных. Кроме меня не было никого, но я подумала, что лучше уж подожду тут — меньше вероятность влипнуть в очередную историю.
Вокруг постепенно начинало сереть. Мне невольно вспомнились тяжелые подъемы в школу, безрадостные дни, унылые вечера — и острые тоска по другой жизни.
— Уже пришла!
Я вздрогнула и узнала Вел — как и в первый раз, она была всего лишь в легкой блузке и несусветной расцветки шароварах.
— Да, — я поежилась от холода, — заранее. Решила подождать тут, чтобы ни на кого не нарваться.
— Мудро, — Вел открыла сумку и быстро, привычными движениями скрутила самокрутку. — Все сейчас и так на взводе, еще один инцидент может стать последней каплей.
Я кивнула, чувствуя себя виноватой в стычке с Джо, хотя, в общем, он действительно начал первым. Вел молча вглядывалась в темноту.