- Мишенька... - теряя силы, позвала Ксения. - Ты же мой мальчик!.. Ты же мой!..
- Мать? - Мишка испытующе посмотрел в глаза боцману Гангрене. Она?..
- Ну! - твердо сказал боцман. - Она... Иди, иди к ней... Видишь - на ногах не держится...
Мишка впервые посмотрел Ксении в глаза и с криком "Мама-а-а!" кинулся к ней.
Бежать было - несколько шагов. Но в объятиях Ксении оказался пятилетний мальчик в ситцевой пижамке. Она подхватила его на руки. И тут раздался детский плач.
В три ручья рыдала девочка, тоже лет пяти, в белом платьице, вся в цветах.
- Ничего себе! - изумился боцман.
- Расколдовались! - прошептала фея-секретарша. И вдруг снялась с места и, хлопая непослушными крыльями, улетела.
- Докладывать понеслась, - объяснил боцман. - Пошли отсюда, Ксюха.
И взял девочку за руку.
- Ты чего? - указывая глазами на маленькую фею, спросила Ксения.
- Не оставлять же! Раз у них такая любовь! Ничего, воспитаем... Пошли, нам на землю выбраться надо, ту калитку найти, через которую сюда попали. Оттуда - на корабль, а с корабля нас домой перебросят.
- Домой? - Ксения отошла подальше от боцмана. - Это куда еще - домой? Ты что - из десанта уйдешь?
- Не пустят меня больше в десант, - объяснил боцман. - Я же там и так жил контрабандно. Пора бросать якорь...
- У меня дома?
- На кого ж я тебя, дуру, брошу? - вздохнул боцман. - Если бы умел бросать!.. Так нет же, настоящим мужикам такого удовольствия не положено. Этот наш, ну, корриган... Думаешь, не мог той же травки наглотаться? Там же ее до черта и больше! А на кого он своих малявок покинет? И командир, думаешь, не хотел остаться с этой ведьмой? А десант? Вот так же и со мной.
- И что же мы с тобой будем делать? - грустно спросила Ксения. - А, Васенька?
- Жить. Жить и детей растить, - твердо отвечал боцман Гангрена.
