— Гезрас из Лейды. Ведьмак.
Посмотрим, сколько ты стоишь, Гезрас из Лейды.
— Стало быть, вы согласны на мои условия, милсдарь Гезрас? — спросил горнопромышленник и бургомистр.
— Я ведьмак. Не наёмный убийца.
Аэлирэнн усмехнулась. Ну разумеется.
Бургомистр и горнопромышленник выложил на стол пару увесистых кожаных мешочков.
— Я слыхал, милсдарь Гезрас, — покашлял многозначительно, — что ведьмачья школа кота переживает сейчас не лучшие времена. Это аванс.
— Ладно, — сквозь зубы процедил ведьмак, — по рукам.
— По рукам, — ответил бургомистр и горнопромышленник, но руку ведьмаку, к тому же полуэльфу, жать не стал.
Ублюдок.
В следующую четверть часа бургомистр и промышленник вместе со своими громилами ушёл, а ведьмак сложил мешочки с монетами в свою сумку, прикончил вторую кружку пива и снова натянул капюшон. Аэлирэнн поймала себя на мысли, что смотрит на его руки — слишком уж изящные для убийцы чудовищ, зато в самый раз для…
У выхода из корчмы дорогу ведьмаку перегородили пятеро кметов. Один из них держал в руках мясницкий топор, другой — ощетинившуюся гвоздями дубинку.
— Гляньте-ка, — начал тот, что с топором, — ведьмин, значится. Мы тя, значится, сюды не звали, сучье ты отродье.
Ещё до того, как корчмарь успел сказать хоть слово, до того, как испуганные посетители принялись кричать и разбегаться, ведьмак изобразил левой рукой странный жест, одновременно выхватывая правой один из двух мечей. Кметов подбросило в воздух, один из них вышиб спиной дверь, другой отлетел головой в стену, и, судя по всему, сломал шею. Ведьмак в два удара сердца подскочил к остальным, меч с резким звуком рассёк воздух, во все стороны брызнула кровь. Корчмарь, до того наблюдавший за этой сценой в полном оцепенении, наконец заорал. Ещё через мгновение остался лишь один из кметов, распластавшийся на скользком от крови полу и нечленораздельно скулящий о пощаде. Ведьмак взглянул ему в лицо.
Вот дурак, — успела разочарованно подумать Аэлирэнн.
А потом воткнул меч тому ровнёхонько в глаз.
Впрочем, быть может, и нет.
Убрал меч в ножны, и, не говоря ни слова, вышел из корчмы.
***
Если бы она не знала, куда смотреть, то ничего не заметила бы. Но Аэлирэнн, нынче революционерка и предводительница эльфских повстанцев, а в прошлом — сирота, бродяжка и попрошайка, прекрасно знала, куда смотреть. За долю секунды до того, как сложить пальцы в магический знак и выхватить меч, ведьмак вздрогнул и сжался, будто хотел стать невидимым или исчезнуть. Как эльфские дети, на глазах у которых вешали их отцов и насиловали их матерей. Как воровка, которую поймал за руку dhoine вдвое больше её. Как любой, кому повезло родиться не с теми ушами и без парочки лишних зубов.
Говорят, после испытания травами выживают двое или трое из десяти. После погрома в Венгерберге выжило едва ли больше. Провалиться ей сквозь землю, если они с ведьмаком не найдут общий язык.
***
Начинало светать. Аэлирэнн сидела на поваленном стволе дерева и перебирала стрелы в своём колчане. Они шли чуть позади обоза, прячась в лесу, уже неделю. Не сильно, впрочем, скрывали своё присутствие — ведьмак на то и ведьмак, чтобы чуять в лесу чудовищ. И Seidhe.
Вечером часовые предупредили, что обоз встал чуть дальше, там, где тракт резко сужался и поворачивал, а ведьмак решил всерьёз взяться за то, чтобы найти их лагерь. Тем лучше. Ему будет не очень-то сложно найти то, что никто особенно и не прятал.
Ведьмак вылез из бурелома с другой стороны поляны. Огляделся, внимательно посмотрел выше, туда, где ждали в засаде лучники. Выхватил меч. Подошёл ближе.
Аэлирэнн отложила колчан со стрелами, поднялась с дерева и слегка выставила руки вперёд. Я, мол, без оружия.
— Вы идёте за нами неделю, — начал ведьмак. Аэлирэнн посмотрела немного выше его головы. А вот мои лучники — не совсем. — Вас пятнадцать, у вас есть лучники, несколько фехтовальщиков, следопыт, медик, возможно, чародей…
— Просто зазнавшийся умник, — перебила его Аэлирэнн, подходя ближе.
— И ты.
— И я. Командую всей этой ганзой.
— Чего вы хотите? — оборвал её ведьмак.
— Я Аэлирэнн. Иногда меня зовут Белой Розой, но это, как по мне, слишком уж громко звучит, — она сделала ещё два шага вперёд. Ведьмак крепче сжал рукоять меча.
— Гезрас из Лейды. Чего вы хотите? — ведьмак явно терял терпение. Аэлирэнн это даже нравилось.
— Я знаю. У меня, скажем, — начала она, — есть для тебя предложение. Взрывчатка и оружие, которое везут в вашем обозе, нам намного нужнее, чем всем этим dhoine. И было бы с твоей стороны справедливо не мешать нам его забрать.
— Мне платят за то, чтобы я этот обоз охранял.
— И кто платит? Dhoine, которые тебя презирают? Которые лишь вздохнут с облегчением, если ты подохнешь где-нибудь в дороге и им не придётся тебе платить? — ещё пару шагов, ещё ближе к нему, теперь уже совсем близко. — Скажи мне, Гезрас из Лейды, видел ли ты за всю свою жизнь от них хоть что-нибудь хорошее?
Гезрас дёрнулся так, будто Аэлирэнн отвесила ему пощёчину. В яблочко. Нет никого злей и отчаянней, чем полукровка. Разве что полукровка-ведьмак.
