Двоедушники полностью

Димка Баринов… Совсем недавно – отличный парень, добрый приятель, заботливый друг, немного увалень, чуть-чуть смешной и трогательно бесхитростный… Ну, так мне казалось. А потом выяснилось, что мой добрый друг – чёрная кикимора, избежавшая пожизненной изоляции за кровавый срыв, хитрый и расчётливый тип, легко убивший человека, который мог угрожать его легенде. К тому же под прикрытием службы в дружине Баринов исполнял поручения тайного агента из Пограничья, таскал набитый тарками рюкзак и превращал обычных людей в кикимор… Конечно же, этого я забыть не могла. Ну, а как забыть другое? Как забыть то, что Баринов кидался по первому звонку выручать меня? То, что именно он тогда отбил Эрика у разбушевавшейся Вероники? Или то, как он утешал меня, как я поила его кофе у себя в квартире, как он помогал грузить в такси мои пожитки… Как, наконец, он организовал за мной дружескую слежку прикрытия, что с одной стороны, конечно, безобразие, но он ведь искренне тревожился за меня…

Он всегда был крепким, даже можно сказать – грузным. Сейчас вся одежда на нём была размера на три больше, чем нужно.

– Ты что плачешь-то? – испугался Баринов, разглядывая меня. – Перестань, а то придёт Корышев, наваляет мне за твои слёзы.

– Ди-и-им… – я шагнула к нему, потрепала торчащие пряди. – Что с тобой такое?! От тебя и половины не осталось!

– Так ведь, – он пожал плечами, – жизнь в бегах – отличное лекарство от ожирения.

– В бегах? От кого же ты бежишь?! Тебя ведь не ищет никто.

– Ну, я-то поначалу думал, что ищут.

– Мы ничего никому не сказали.

– Да, теперь я это знаю, – криво усмехнулся он.

– Ох, Димка… – я не сдержалась, обняла его. Через несколько секунд и он тоже меня обнял. – Дим, как бы я хотела назад, в то время, когда… когда ничего этого с нами ещё не случилось!

– И я хотел бы, – коротко сообщил он.

– Кгхм!.. – раздался за моей спиной многозначительный кашель.

Я отпустила Димку и развернулась.

Никита стоял на нижней ступеньке, и он весь был недоумение и любопытство в одном флаконе.

– Я уверен, этому есть простое объяснение, – проговорил он задумчиво.

– Проще некуда, Никита! – я отошла в сторону, давая ему рассмотреть Баринова.

У Никиты округлились глаза.

– А я-то голову ломаю, что это за поветрие в нашем лесу – вешаться на шею мужикам в зелёных куртках, – усмехнулся Никита. – Ну, хорошо, хоть в чём-то нет мистики. Здравствуй, Баринов!

– Привет, – отозвался Димка и подобрал с пола свою куртку.

– Как ты здесь очутился? Только не говори, что шёл-шёл и случайно увидел. Вероника позвала?

– Не совсем, – буркнул Баринов. – Скорее, я сам напросился.

– Как-то ты странно напросился – в подвал.

– Я не хотел вам мешать…

– Мешать?! Баринов, ты в уме?

Димка замолчал, угрюмо глядя себе под ноги.

– Так, ладно, – решительно сказал Никита. – Сначала формальности.

Он подошёл, отобрал у Баринова куртку и принялся проверять карманы и ощупывать полы. Затем, отбросив куртку в сторону, Никита одним движением развернул Баринова лицом к стене.

– Руки на стену, ноги пошире! Быстро!

– У меня нет оружия, – проговорил Димка.

– Оружия твоего я не боюсь, – ответил Никита. – Но очень не хочется, чтобы ты вынул из-за подкладки какую-нибудь пирамидку или кубик…

– У меня нет тарков.

– Я должен проверить. Так что не сочти за домогательство, и давай-ка, делай, что говорю!

Димка согнулся и упёрся руками в стену. Никита очень быстро и дотошно прощупал его с головы до ног.

– Я же сказал, нет у меня ничего, – буркнул Баринов, когда обыск был закончен.

– Это хорошо, – кивнул Никита и холодно уточнил: – А тарки – где они, кстати? Израсходовал по назначению?

– Нет. Припрятал от чужих глаз.

– Похвально, – Никита легонько хлопнул его по плечу. – Ну всё, Баринов, формальности соблюдены, расслабься. И выкладывай, зачем ты здесь?

Димка повернулся к нам, как-то необычно брезгливо отряхивая ладони одна о другую. Я невольно покосилась на то место на стене, куда он упирался руками. Чистая нормальная стена, ремонт же недавно был. Тоже мне, аккуратист…

– Я, и правда, не хотел попадаться вам на глаза, – сказал Димка. – Но мне бы помыться нормально. Вероника сказала, что ночь мне надо пересидеть здесь, а днём в душевых мало кто бывает…

– Ну, зачем такие сложности? – скривился Никита. – Пойдём, покажу душевую прямо сейчас. С пайком тоже не проблема – накормим. И постираться сможешь. Ну, а потом поговорим по-взрослому, согласен?

Баринов молча кивнул.

– Никита, ты же видишь, Димке не подходит эта одежда! Дай ему свои брюки и наверх свитер какой-нибудь! Похоже, у тебя с ним сейчас один размер.

– Меня устраивает моя одежда, спасибо, – возразил Баринов.

Никита покачал головой:

– Будешь делать, как Лада сказала. Подожди здесь, принесу что-нибудь на смену и провожу потом.

Мы с Никитой поднялись наверх.

– Странно, – задумчиво протянул Никита, когда мы вошли в свою комнату. – Почти та же история, что и с Марецким…

– В каком смысле?

– Марецкий мог найти для Ирины приют поближе, чем за сто пятьдесят километров от Питера. И этому красавцу тоже было вполне под силу найти баню где-нибудь в другом, более удобном месте.