Он кинул мне запечатанную пачку «Мальборо». Я ободрал целлофановую обертку и закурил. Минуту спустя Жаки поднялся с пола, открыл шкафчик, которого я раньше не замечал, достал бутылку «Джека Дэниелса» и снова уселся рядом со мной. Мы сидели, молча курили и пили виски. Через полчаса мои мысли перестали вести себя как машинки на автодроме в луна-парке и начали выстраиваться в определенном порядке.
– Жаки, какая польза была Талю посылать ко мне Патрисию и нанимать меня следить за ним во время ограбления?
– Представления не имею.
– Ладно, спрошу по-другому. Где меня не было?
– Дома.
– А еще?
– Не знаю. Нигде.
Я улыбнулся. Он непонимающе уставился на меня. Через минуту его лицо просветлело, и он выпалил:
– Он, в отличие от всех остальных, точно знал, где ты, и мог спокойно тебя подставить, уверенный, что у тебя нет алиби.
– А почему Шимон, тот религиозный парень, заплатил Патрисии, чтобы она сказала, что нанял ее он? Какая ему была в том польза?
Жаки с минуту помолчал:
– По-моему, никакой.
– Мне тоже так кажется. Какой вывод из этого можно сделать?
– Никакого.
– В том-то все и дело. Ему от этого никакой пользы. Но кому-то польза в том была. И этот кто-то кто приказал Шимону заплатить Патрисии.
– И чего же этот кто-то пытается добиться?
– Выиграть время.
Я произнес это так резко, что Жаки вскочил на ноги, решив, что мы должны срочно куда-то бежать.
– Кто-то уже три дня заставляет меня гоняться за привидениями. У меня на хвосте висит полиция. Гора улик против меня растет. Этот человек видит, что, чем больше времени проходит, тем глубже я увязаю. Это он дергает за ниточки так, чтобы одна кукла не догадывалась о существовании другой.
– И он хотел, чтобы ты следил за Шимоном, а не за Талем?
– Не уверен. Это же не секрет, что когда-то я работал в полиции. Он понимал, что рано или поздно я выйду на Патрисию.
– И что ты собираешься теперь делать?
– А ты как думаешь? Найти его.
– И посадить в тюрьму.
Я промолчал.
– Не будь идиотом, Джош. В каждой тюряге есть как минимум три человека, которые будут счастливы свести с тобой счеты.
– Может быть.
Я с трудом поднялся. Перед глазами у меня отплясывал «Джек Дэниелс».
– Куда ты?
– К родителям.
– Тебе что-нибудь нужно?
– Да. Эта бутылка.
– Бери.
Я взял бутылку и направился к выходу чуть более твердым, чем требовалось, шагом.
Жаки с сигаретой в зубах улегся на железную койку и закинул руки за голову.
– Жаки, а все-таки, почему ты мне помогаешь?
– Ты не поверишь, даже если я скажу правду.
– Попробуй.
– Правду?
– Только правду.
– Ты мне нравишься.
– Не может быть.
– Я же сказал.
– И все-таки?
Он снова сел.
– Четыре с половиной миллиона долларов – это очень большие деньги. Кое-что может перепасть и маленькому Жаки.
– А если нет?
– Нет так нет, – ухмыльнулся он. – Главное, что пока мне не скучно.
Он снова улегся и закрыл глаза. На его лице замерла счастливая улыбка.
