Последовали слова и объятия, но Саттон так устала, чувствовала такое облегчение, что почти не понимала их, а просто схватилась за руку Итана, пока они шли к парковке, где ждала машина без опознавательных знаков. Когда они садились в машину, Итан и коп обменялись взглядами, почти как супруги, понимающие друг друга без слов. На секунду Саттон ощутила ревность, но отбросила ее, когда Итан с улыбкой опустился на заднее сиденье рядом с ней, взял за руку и страстно поцеловал в губы. Полицейская посмотрела на них как будто с удовлетворением, и Саттон была ей благодарна.
Итан привлекательный мужчина, и у них с этой полицейской явно что-то было, но Саттон не собиралась позволять мелким эмоциям встать на пути настоящего и полного примирения с мужем. Никогда больше она не будет сомневаться в нем. Никогда.
Господи, ее переполняла решимость.
Поездка до Франклина оказалась небыстрой, на шоссе были пробки, и Итан с полицейской рассказали ей обо всем, что знали. Самая безопасная тема для разговора. Саттон надо было во многом признаться, как и Итану, но этим откровениям придется подождать – их надо сделать наедине, с осторожностью и пониманием.
А пока машина ехала на юг, им по-прежнему с трудом давались слова. Итан все время крепко держал ее за руку, и Саттон не очень прислушивалась к разговору.
– Мы установили личность женщины, которая изображала вас. Это иммигрантка, ответившая на объявление в газете.
– Когда она меня ударила, я на секунду заглянул ей в глаза, и они были совершенно пусты.
– Она использовала парик и кольца, чтобы тело было похоже на ваше.
– Дело Дэшила вновь открыли. Скорее всего, это убийство, но он ничего не почувствовал, просто уснул и не проснулся.
– Похоже, она установила на компьютеры программы, позволившие ей отслеживать каждое нажатие клавиш, так что она получила пароли, доступ к вашим аккаунтам – все. Именно она и ее приятель стояли за инцидентом в интернете, именно она пришла в дом той читательницы, переодевшись вами, это подтвердила программа распознавания лиц.
– Думаю, она украла с наших счетов пятьдесят тысяч, просто потому что могла.
– Французы не выдвигают против вас никаких обвинений, но вы должны ответить на наши вопросы, чтобы мой босс решил, выдвигать ли обвинения с нашей стороны. Нет, я не знаю, будет ли он это делать. Все зависит от того, что произойдет, когда мы найдем вашу подругу.
– Филли, Эллен и Рейчел безумно волнуются. Думаю, они решили, что это сделал я. Не уверен, что мы сможем опять пригласить их на ужин.
– Да, его настоящее имя Хэнк Томкинс, и мы еще точно не знаем условия сделки, но за убийства он точно получит длительный тюремный срок.
– Я так рад, что ты цела.
– Нет, мы не знаем, где она.
– Холли Грэм произвели в детективы. Она только что получила значок. Она единственная мне поверила.
– Спасибо. Мне жаль, что все случилось вот так, но я рада, что раскрыла дело.
А, вот и связь между ними. Сейчас Саттон увидела ее, она сверкала серебряной нитью. Не секс. Благодарность. Итан находился под подозрением, а Грэм почувствовала, что в деле что-то не так. Ее чутье было вознаграждено, и муж Саттон благодаря ему оказался на свободе.
И наконец последнее:
– Думаю, можно предположить, почему она это сделала, но обсудите это вдвоем. Приехали.
Появился дом на Третьей авеню. Перед ним стояли еще две полицейские машины, а на крыльце – коп в форме.
Айви до сих пор была где-то поблизости. Пока на ней не защелкнут наручники, они не будут в безопасности.
Детектив Грэм поговорила по рации, а потом сказала:
– Так, все чисто. Давайте войдем в дом. Хотя все-таки вам было бы лучше снять номер в отеле.
– Мы справимся, – ответил Итан. – Там будет не спокойнее, чем здесь. Пойдем, любимая.
Закрыв Саттон своим телом, Итан повел ее внутрь. Грэм обыскала дом – явно лишняя мера предосторожности, учитывая охрану, но Саттон было все равно. Ей хотелось только одного: оказаться в безопасности и одной. Грэм поговорила с копом на крыльце и помахала рукой Итану и Саттон.
– Увидимся через пару часов.
Саттон удивилась, что ей предоставили такую свободу, но не возражала. Когда дверь закрылась, она подошла к Итану и обняла его. Объятия были долгими и полными смысла, а поцелуй нежным и мягким.
А потом Саттон сказала:
– Нам надо поговорить.
С мягкой и всепрощающей улыбкой Итан взял ее за подбородок.
– Да. Почему ты не сказала мне, что у тебя был ребенок, дорогая?
Холли опаздывала. Она обещала сесть за стол ровно в восемь, в отношении пунктуальности отец был тираном. К счастью, ресторан находился рядом с домом Монклеров – только за угол повернуть. Все шло хорошо. Дело еще не закончено, но те двое воссоединились и пока в безопасности.
На Мейн-стрит парковаться не разрешалось. Холли завернула за угол и нашла свободное место на Бридж-стрит, в трех кварталах от ресторана. Если поспешить, она опоздает всего на пять минут и получит в награду насупленный взгляд и поджатые губы, а потом уже крепкие медвежьи объятия.
Она терпеть не могла опаздывать к отцу.
