— Обычно, туристы любят проникнуться ЛА, а не китайской атмосферой. Стараются попасть на аллею и в парки. А тебя тянет в китайский квартал.
— Там должно быть интересно, — глаза загорелись. Я уже предвкушала прогулку.
— Отлично. Значит, едем туда.
Через полчаса я повисла на предложенном локте Макса и крутя головой в разные сторону, шагала по китайскому кварталу. Словно маленький ребенок попал в Диснейленд. Здесь столько всего интересного, яркого.
Ты будто погружаешься в атмосферу, На улицах можно встретить разной национальности людей, но обслуживающий персонал исключительно китайцы. Они объясняют на ломаном английском покупателям стоимость товара, не забывая при этом шкодливо улыбаться.
— Ах! Смотри, какой шар! — увидев на прилавке шар со снегом, потащила парня в ту сторону.
— Нравица? — спросил мужчина с сединой в висках. Китаец.
— Очень, — выдохнула, взяв в руки шар. Снег циркулировал по кругу, создавая впечатление снежной бури. А в центре шара стояла прекрасная искусственная ель. Снежинки то опускались, укутывая её, то вздымались вверх, обнажая.
— Всего доброго, — пожелал продавец.
— Но я хотела… — возмутилась и запнулась, увидев в руках мужчины деньги.
— Пойдем? — невозмутимо повел по улице вверх. — В Чайнатауне есть отличный ресторан. А так же музеи, которые определенно тебе стоит посмотреть.
С этого момента начался мой собственный рай и ад.
Город Ангелов таит в себе множество сюрпризов и впечатлений. Достопримечательности Лос-Анджелеса дают возможность с головой окунуться в яркий мир шоу-бизнеса, говорят, что здесь можно вживую увидеть любую знаменитость. В моей копилке мечтаний это конечно Киану Ривз и Анджелина Джоли. Поэтому когда на следующий день, в компанию Эдварда приехали парни и сказали, что мы едем гулять по аллеи звёзд, чуть ли не визжала от радости.
Меня, как великую драгоценность, усадили, пристегнули. Сто раз переспросили не жмёт ли ремень. Такое отношение и внимание для меня впервые. Очень трогательно, особенно на фоне гормонов, прям таки до слёз очень мило. Подкупает, затуманивает сознание. Эйфория проникает в каждую клеточку, поглощая реальность. Из-за этого, приходилось всё время одёргивать себя. Напоминать, что это всё временно и совсем скоро мне придется вернуться обратно в серую и одинокую реальность. Где меня ждет, хоть и дорогая, но неуютная квартира. Ведь я так и не смогла построить в ней свой очаг. А почему? Да потому что я одна! Наташка не в счёт. Может когда появятся дети, квартира наполнится жизнью и преобразиться в настоящее гнёздышко.
— Ты меня не слушаешь, бэйб! — надувая губки, как ребенок, обиделся Рой.
Оказывается, он уже некоторое время рассказывает мне про жизнь в ЛА, а я зависла между двумя мирами. Смутившись, прикрылась волосами и уставилась в окно.
— Пить хочешь? Мы сейчас будем проезжать мимо отличного ресторана, владелец мой давний друг и у него абалденные коктейли, — играя бровями спросил американец.
— Ты знаешь, а давай, — браво согласилась, будто мне предложили алкогольный напиток, а мне нет 18 лет и я готова преступить закон.
Макс лавируя в потоке, свернул на узенькую улочку. Вдоль тротуара стоят вазоны с цветами, деревья одетые в новенькие, еще маленькие листья приветливо покачиваются. Машина затормозила у столиков расположенных прямо на проезжей части. Никто из парней с места не сдвинулся, но через пару минут к нам подошел смуглый невысокого роста мужчина.
Они дружественно обнялись, похлопывая по плечу и о чём-то тихо заговорили. Мы же с Максом так и остались сидеть в машине. Он изредка кидал на меня странные взгляды, от которых я покрывалась мурашками. От чего-то казалось, что он еле сдерживается, чтобы не накинуться на меня. Черные колодцы глаз манили и поглощали, топили мою выдержку. Каждый раз я сдавалась и отводила взгляд первой. Хотя хочу их даже больше, чем они меня.
В какой-то момент в руке Роя материализовался огромный пластиковый стакан с молочно-клубничным коктейлем. Еще раз поблагодарив мужчину, парень сел в машину и протянул мне стакан. Жадно облизываясь в предвкушении, я даже забыла сказать спасибо. Просто схватила и присосалась, как пиявка. Гормоны, да и в целом беременность, то еще приключение для организма. Хорошо хоть соленых огурчиков не хочется. Ой. Хочется.
— Что не так? — спросил Макс, хмуря брови.
Он тонко чувствует изменения в моём настроении. Ещё там, в России, когда паника захлестнула меня, он первый отреагировал. Считал мой страх внутренним детектором, настроенным на меня. Вот и сейчас, безошибочно определил, что я чем-то обеспокоенна.
— Ничего, — попыталась соврать, но поздно.
К хмурому изучающему взгляду Макса присоединился абсолютно такой же Роя. И если Макс параллельно смотрел на дорогу, то Рой неотрывно буравил, вытаскивая наружу то, что беспокоит.
— Глупо просто, — запнулась. Стыдно как-то что ли. — Просто представила, как вкусно было бы с солеными огурчиками и …
— И-и-и? — потянул Рой.
— И очень захотелось, — уткнувшись в стакан, пробурчала, в надежде, что не услышат и отцепятся.
— Огурцы? — переспросил американец.
