— Что? От чего прокисло молоко, старина?
— Капитан Бродбент, — уколол я его. — В выражении моих чувств меня сковывает присутствие леди: я только узнал, кого мне предстоит сыграть. И хотел бы задать вам только один вопрос: кто собирается убить Бонфорта? Ведь даже глиняный голубь имеет право знать, кто стреляет в него.
Тут я впервые увидел, что Дэк по-настоящему изумлен. Потом он вдруг так расхохотался, что ускорение оказалось непосильным для него — он сполз по стене вниз и продолжал хохотать, сидя на полу.
— Не вижу ничего смешного, — сердито заявил я.
Он перестал смеяться и вытер слезы. — Ларри, старина, неужели вы всерьез могли подумать, что я собираюсь использовать вас в качестве подсадной утки?
— Это очевидно, — и я поведал ему свои соображения насчет предыдущих покушений.
У него не хватило здравого смысла не рассмеяться вновь. — Не понимаю. Значит, вы решили, что это вроде работы отведывателя пищи при дворе какого-нибудь средневекового короля? Ну что ж, попытаемся разубедить вас в этом: мне кажется, что постоянная мысль о том, что вас вот-вот сожгут на месте, не способствует вхождению в образ. Так вот, послушайте, я с шефом уже шесть лет. И за все это время, я точно знаю, он ни разу не воспользовался двойником... Зато я лично присутствовал при двух попытках покушения на его жизнь — при одной из них я сам застрелил наемного убийцу. Пенни, ты дольше работаешь с шефом. Использовал ли он когда-либо раньше двойника?
Она холодно посмотрела на него. — Никогда. Даже мысль о том, что шеф позволил бы кому-нибудь подвергнуться опасности вместо себя... ей богу, я обязана дать вам пощечину. Я просто обязана это сделать!
— Полегче, Пенни, — мягко сказал Бродбент. — Вам обоим предстоит еще много дел, да к тому же работать вам придется вместе. Кроме того, его ошибочное предположение не так уж глупо, по крайней мере, для постороннего человека. Кстати, Лоренцо, позвольте представить вам Пенелопу Рассел. Она личный секретарь шефа и тем самым ваш наставник номер один.
— Счастлив познакомиться с вами, мадемуазель.
— Хотелось бы мне сказать то же самое.
— Перестань, Пенни, или мне придется отшлепать тебя— и при двойном ускорении. Лоренцо, я должен признать, что работа двойника Джона Джозефа Бонфорта не так безопасна, как езда в инвалидной коляске — да, черт возьми, мы оба знаем, что было предпринято несколько попыток прикрыть его страховой полис. Но на сей раз не этого приходится опасаться. Дело в том, что в настоящее время по причинам политического характера, которые станут вам понятны через некоторое время, ребята, играющие против нас, не осмелятся убить шефа... или любого, кто окажется в роли его двойника. Играют они действительно грубо — как вы знаете! — и при малейшей возможности с радостью укокошили бы меня и даже Пенни. Если бы они смогли достать вас сейчас, то тоже убили бы. Но стоит вам появиться на людях в роли шефа, как вы окажетесь в полной безопасности: обстоятельства таковы, что они не посмеют тронуть вас пальцем.
Он пристально посмотрел на меня. — Понятно?
Я покачал головой. — Нет.
— Пока еще нет, но со временем поймете. Это очень сложный вопрос, включающий в себя марсианский взгляд на вещи. Поверьте мне на слово: когда мы прибудем на место, вы будете знать все.
Все же мне это было пока не по душе. До сих пор Дэк не обманывал меня в открытую. Но я знал по собственному печальному опыту, что он прекрасно может лгать, попросту скрывая часть того, что знал. Я сказал: — Судите сами, у меня нет никаких оснований верить вам или этой юной леди — прошу прощения, мисс. Но хотя лично я и не испытываю симпатии к мистеру Бонфорту, у него репутация человека болезненно и даже оскорбительно честного. Когда я смогу побеседовать сним самим? Когда мы доберемся до Марса?
Угловатое, располагающее к себе лицо Дэка вдруг стало печальным. — Боюсь, что нет. Разве Пенни не сказала вам?
— Не сказала чего?
— Понимаете, старина, именно поэтому мы и вынуждены прибегнуть к услугам двойника шефа. Его похитили.
У меня нестерпимо разболелась голова. Может быть( от двойной тяжести, а может быть, от того, что за это время я пережил столько потрясений. — Теперь вы знаете, — продолжал Дэк, почему Джок Дюбуа не хотел вам говорить этого до того, как мы выйдем в космос. Это самая, крупная сенсация с тех пор, как человек впервые ступил на Луну, и мы делаем все возможное, чтобы об этом никто не узнал. Мы рассчитываем воспользоваться вашими услугами до тех пор, пока не найдем его и не вернем обратно. К тому же, вы уже начали вживаться в образ. На самом деле этот корабль называется не «Ва-Банк». Это «Том Пэйн» — личная космическая яхта шефа и его передвижная канцелярия. А «Ва-Банк» крутится по орбите вокруг Марса, посылая в эфир позывные «Тома Пэйна», причем знают об этом только двое — его капитан и первый помощник — а тем временем «Томми», сломя голову, мчится к Земле, чтобы найти замену шефу. Ну как, начинает доходить, старина?
