Через какое-то время Пенни сказала: — Капитан, с вами хочет говорить шеф, — и передала трубку мне.
— Это шеф, Дэк.
— О! Где вы находитесь, сэр...?
— Все еще в машине. Пенни встретила меня. Дэк, кажется, Билл назначил пресс-конференцию. Где она состоится?
Он заколебался. — Я рад, что вы позвонили, шеф. Билл отменил ее. Ситуация... словом, все немного изменилось.
— Пенни так мне и сказала. Но я только рад этому; я сильно устал, Дэк, и решил, что мы стартуем уже сегодня. Меня весь день беспокоит нога, и я просто предвкушаю тот миг, когда окажусь в невесомости и дам ей возможность отдохнуть по-настоящему. — Сам я ненавидел невесомость. Но Бонфорт очень любил ее. — Может быть, вы или Родж принесете мои извинения уполномоченному и все такое прочее?
— Как скажете, сэр, мы обо всем позаботимся,
— Хорошо. Как скоро будет готов челнок?
— «Эльф» всегда готов принять вас на борт. Если вы подъедете к воротам номер три, я позвоню, и за вами пришлют машину.
— Отлично. Отбой.
— Отбой, сэр.
Я вернул трубку Пенни, чтобы она положила ее на место. — Завиток, я не знаю, подслушивается этот фон или нет — а может быть, даже вся машина прослушивается. Если верно хотя бы одно из двух, то они могут узнать две вещи: где находится Дэк, а через это и где находится ОН, и второе, что собираюсь делать я. Это вам ничего не подсказывает?
Она задумалась, затем достала свой секретарский блокнот и написала на чистой странице: — «Давайте избавимся от машины».
Я кивнул; затем взял у нее блокнот и написал: «Далеко ли отсюда до ворот номер три?»
Она ответила: «Вполне можно добраться пешком».
Мы молча выбрались из машины и пошли вперед. Машина осталась на частной стоянке какого-то видного лица неподалеку от одного из складов; конечно, через некоторое время ее вернут туда, где она должна находиться. Сейчас такие мелочи нас не волновали.
Мы прошли уже ярдов пятьдесят, когда я внезапно остановился. Что-то было не так. И конечно же, не погода. День прекрасный, в чистом пурпурном марсианском небе ярко светило солнце. Люди, движущиеся мимо кто в машинах, кто пешком, не обращали на нас никакого внимания. Ну, разве что пялили глаза на хорошенькую девушку, но уж никак не на меня. И все же я чувствовал себя не в своей тарелке.
— Что с вами, шеф?
— А? Я понял, наконец, в чем дело!
— Сэр?
— Я перестал быть «шефом». Не в его характере пробираться вот так, тайком. Мы возвращаемся, Пенни.
Она, не сказав ни слова, последовала за мной обратно к машине. На этот раз я сел сзади и напустил на себя побольше величественности. Мой личный шофер доставил меня а к воротам номер три.
Это были не те ворота, через которые мы покидали космодром. Наверное, Дэк выбрал их потому, что через них в основном проходил груз, а не пассажиры. Пенни, не обращая ни малейшего внимания на предупредительные надписи, подогнала огромный «роллс» прямо к воротам. Постовой полицейский попытался остановить ее, на что она холодно произнесла: — Машина мистера Бонфорта. И будьте добры позвонить в офис уполномоченного, чтобы за ней прислали кого-нибудь.
Он выглядел растерянным, окинул быстрым взглядом заднее сидение, кажется, узнал меня, отдал честь и оставил , нас в покое. Я дружески помахал ему рукой, когда он предупредительно распахнул дверцу машины. — Наш лейтенант всегда очень придирчив по части того, чтобы у ограды не парковались машины, мистер Бонфорт, — извиняющимся тоном произнес он, но я думаю, что в этом случае все будет в порядке.
— Вы можете сразу же отвести машину, — сказал я. — Мы с моим секретарем отбываем. За мной прислали космодромную машину.
— Сейчас узнаю в карауле, сэр. — Он удалился. На мой взгляд, он был тем «достаточным количеством публики», которая могла бы подтвердить, что, мол, «да, мистер Бонфорт подъехал на правительственной машине и отбыл на свою личную яхту». Я, как Наполеон, сунул свой маршальский жезл подмышку и захромал вслед за полицейским. Пенни поспешила за мной. Коп перекинулся несколькими словами с привратником, а затем, улыбаясь, поспешно вернулся к нам. — Космодромная машина ждет вас, сэр!
— Весьма признателен. — В душе я поздравил себя с точным расчетом времени.
— У-у-у... — Коп был явно возбужден и торопливо добавил. — Я сам экспансионист, сэр. Большое дело вы сегодня сделали, — и он с почтением посмотрел на жезл, торчавший у меня подмышкой.
Я точно знал, как повел бы себя Бонфорт в подобной ситуации. — Благодарю вас. Дай бог вам множество детей. Мы должны действовать в твердом большинстве.
Он захохотал несколько громче, чем принято. — Здорово сказано! Ничего, если я расскажу это другим?
— Конечно ничего. — Мы двинулись вперед, и я уже вошел в ворота. Привратник тронул меня за руку. — Э... ваш паспорт, мистер Бонфорт...
Надеюсь, выражение моего лица не изменилось. — Пенни, достаньте наши паспорта.
Она холодно взглянула на караульного. — Обо всех формальностях позаботится капитан Бродбент.
Он взглянул на меня и отвел глаза. — Наверное, так оно и есть, но я обязан проверить их и записать серийные номера.
