Мой голос прозвучал неожиданно громко даже для меня самого — гортанный, хриплый окрик, от которого в ушах зазвенело. Горло обожгло, словно наждачкой прошлись. В висках застучало с новой силой, мир на секунду покачнулся. Если это оружие против таких тварей, я хочу его себе.
Рыженький поднял взгляд и поморщился. От смерти Казимира мне ничего не будет, а вот гонора и пафоса можно чутка сбить мужику.
Дядя Стёпа замер в нелепой позе, с занесённым для удара ножом. Его лицо исказила гримаса разочарования, как у ребёнка, у которого отобрали любимую игрушку. Нижняя губа даже чуть выпятилась, словно он собирался надуться. Алхимик смотрел на меня, прищурившись, словно прикидывая, стоит ли ослушаться. Кадык нервно дёрнулся, когда он сглотнул.
Я стоял, расправив плечи, несмотря на усталость. Намеренно сделал лицо безразличным — ни злости, ни раздражения, только холодный расчёт. Мне было плевать, убьёт он Казимира или нет. Хотя, пожалуй, живой маг сейчас ценнее мёртвого.
Но куда важнее было показать, кто здесь главный. Что-то алхимик совсем уже забылся. Может, ему напомнить, что я могу с ним сделать? Наша невидимая борьба воли длилась всего пару секунд.
— Тебя пощадили… Запомни это, бывший раб, — фыркнул пацан с душой старика.
Голос рыженького сочился презрением, но в нём проскользнула и нотка уважения. Он медленно убрал нож, демонстративно проведя лезвием перед самым носом мага так близко, что тот наверняка почувствовал исходящий от клинка холод. Нож скрылся где-то в складках одежды дяди Стёпы с тихим шелестом.
Он нажал на артефакт, и то, что сдерживало мага, ослабло. Казимир тут же вскочил и оказался с Лампой.
Вот тут я напрягся. Уже приготовился… Охренеть как поработать придётся, чтобы использовать заларак. Мышцы моего тела налились силой до предела, готовые к бою. Забыв о боли и усталости, я мгновенно сконцентрировался.
— Собака старая! — улыбнулся рыженький.
— Бэс! — раздвинул руки Казимир, и они начали обниматься.
Смена настроения была настолько резкой и неожиданной, что я чуть не потерял равновесие.
Казимир улыбался — не оскалом загнанного зверя, а широкой, искренней улыбкой. Его глаза, секунду назад полные ненависти, теперь светились теплом. Ребята крепко обнялись, с силой хлопая друг друга по спинам.
Я выдохнул. Сука… Как близко было. Вот же уроды!
Медленно расслабил пальцы, разжимая кулаки. Почувствовал, как заларак неохотно отступает, словно хищник, которому не дали насытиться. По телу прошла волна слабости — откат после всплеска адреналина. Сердце постепенно возвращалось к нормальному ритму, но голова закружилась с новой силой. Пришлось незаметно опереться о дерево. В горле пересохло так, что казалось, будто я глотаю песок.
Жалел ли я? Вообще нет! Уже есть сотни монстров в серой зоне, и все подчинены мне. Вот это я понимаю, стратегический запас. Пусть подрастут, и тогда мы повоюем. Улыбнулся.
Двое «дураков» продолжали хлопать друг друга по плечам и что-то говорить. Я подошёл. Они не обращали на меня внимания, погружённые в свою встречу. Казимир что-то быстро говорил, жестикулируя свободной рукой, — другой он всё ещё обнимал дядю Стёпу за плечи.
Слов я не разобрал из-за шума в ушах, но, судя по интонациям, это были радостные воспоминания. Рыженький кивал, время от времени вставляя короткие реплики и посмеиваясь.
Странное зрелище: юноша и взрослый мужчина, ведущие себя, как старые друзья. Впрочем, так оно и было, если вспомнить о настоящем возрасте души дяди Стёпы.
— Магинский? — уставился на меня Казимир. — Так это твой гениальный алхимик?
Маг наконец заметил меня и повернулся, не выпуская дядю Стёпу из дружеских объятий. Его глаза смотрели с любопытством и даже некоторым уважением. Бровь Казимира вопросительно изогнулась, на губах играла лёгкая усмешка. Кровь на его лице уже подсохла, образовав тёмную корку.
Я кивнул.
— Поразил! — засмеялся Цепеш. — Подчинить, заставить на себя работать безумца? Ничего удивительного, что какой-то городишка перешёл к тебе. Это же…
— Ладно уж! — кивнул дядя Стёпа. — Как тебе моя разработка? На твоей крови и энергии твоего ошейка сделал. Класс, согласись.
Рыженький легонько толкнул Казимира в бок, демонстрируя при этом артефакт в своей руке. Теперь, когда он не был активирован, предмет выглядел почти обыденно — небольшой диск с гравировкой и несколькими кнопками по краям. Дядя Стёпа поглаживал артефакт кончиками пальцев с нескрываемой гордостью изобретателя.
— А то! — продолжал радоваться Казимир. — Тело молодое получил? Значит, всё-таки у тебя получилось? Молодец!
Маг уважительно кивнул, снова оглядывая юношеское обличье дяди Стёпы с головы до ног. В его голосе звучало неподдельное восхищение коллегой.
Я же смотрел на этих двух и охреневал. Мага не узнать, он, оказывается, может быть «нормальным». А дядя Стёпа? Всё это ради просто демонстрации своей силы устроил? Чтобы эффектно появиться перед старым другом?
Казимир — высокомерный, жестокий маг, который ещё недавно смотрел на меня как на мусор под ногами, теперь улыбался и шутил, словно обычный человек на встрече выпускников.
