Взгляд холодный, оценивающий — так смотрят на товар на рынке. Неприятно, унизительно для существа с таким самомнением, как у Кислого. Но именно это и нужно — задеть его гордость, заставить доказывать свою ценность.
— Информацию… — оскалился Кислый. — Я должен за тобой последовать, убедиться, что ты сделаешь дело, а ещё…
Его глаза сверкнули.
— Ещё? — я поднял бровь. Всем видом выражал скуку и пренебрежение.
— Ты умрёшь, — улыбнулся своими золотыми зубами гном. — Это моя работа — сделать всё, чтобы ты сдох.
Ухмылка неприятная, хищная. Он наслаждался моментом, думая, что шокировал меня своим признанием. Не понимал, что именно этого я и добивался — честности, раскрытия планов.
— Вон оно что? Удачи тебе! — голос спокойный, ни единого признака страха или удивления.
Интересно… Очень интересно. Амбивера решила от меня избавиться? Что-то новенькое.
— Когда меня схватили, то сначала я попал к… вашему царю! — продолжил говорить Кислый. — Он надел ошейник и приказал это сделать. Глупый идиот! Думал, что меня, Клыкара Инциса Сипара Ламара Йигга, можно просто так подчинить.
Выходит, император лично участвует в операции против меня. Не через посредников, а напрямую отдаёт приказы такому опасному существу, как Кислый. Значит, я действительно представляю угрозу.
— Продолжай, — кивнул.
Короткая команда, но в ней — власть. Я контролирую разговор, я решаю, что будет дальше.
— Потом забрал вот этот, — махнул он рукой. — Для них я просто за тобой буду следить, и если ты не справишься, то я должен убить какого-то царька.
«Для них» — значит, для Амбиверы. Они хотят, чтобы Кислый следил за мной, а в случае моей неудачи сам завершил миссию — убил султана.
Я передёрнул плечами. Интриги, двойной агент… Во мне пробудилось предвкушение. Амбивера просто хочет проследить за убийством султана, убедиться. Если я не справлюсь, то Кислый закончит. А вот император перехватил его и дал своё задание — убить меня на подходе. Ну, или после. Какой же всё-таки хороший противник. И что, больше теней не будет? Жаль…
Я рассчитывал, что тридцать пять штук использую для своих духов. Теперь вот гном. Посмотрел на него. И что мне с ним делать? Убить? Исчезнет угроза и слежка.
— А как же клятва крови? — спросил я.
В последнюю нашу встречу мы заключили её. Договорились, что гном-вампир не может причинить мне вред, как и моему роду.
— Ваш император дал зелье свободы, — хмыкнул Кислый.
— Какой хороший правитель, — кивнул я. — Вот как тебя приручили?
— Следи за словами, человечек! — возмутился гном. — Артефакт подчинения! Тварь! Он хотел ещё клятву молчания… Я её принёс и тут же снял. Идиот… Я же вампир, мне плевать на это.
Его глаза сверкнули красным. Истинная вампирская натура проступила сквозь маску: злость, ярость, жажда крови. Он едва сдерживался, чтобы не броситься на решётку с новой силой.
— Значит, ты у нас гном — ручная собачка, — улыбнулся я. — Символично. Без денег и сокровищ.
Тишина повисла между нами. Кислый не отвечал, но его взгляд говорил многое: ненависть, унижение и что-то ещё… Отчаяние? Он попал в ловушку между двумя силами — императором и Амбиверой, и обе стороны используют его.
Время решать. Убить? Оставить в клетке? Или… использовать самому? Третий вариант выглядел наиболее привлекательным. Древний гном-вампир с его знаниями, опытом и способностями может стать ценным союзником. Если, конечно, найти правильный рычаг воздействия.
— Слушай меня, — приблизился к барьеру. — Я могу тебе снять твою цепочку. Освободить, помочь с возвращением всего нажитого.
— Дальше, — голос гнома изменился. — Цена? Ты тоже хочешь меня подчинить? Чёрта с два! Я не вещь, я старше и сильнее вас, людишек.
— Ладно, Кислый. Сиди тут, грызи прутья. Может, когда-нибудь повезёт.
Снова развернулся к двери. Старый трюк торговца — сделать вид, что товар не нужен, что готов уйти без сделки. Заставить другую сторону беспокоиться, торопиться, идти на уступки.
— Подожди! — завизжал гном. — Я не должен сидеть!
Визг почти отчаянный. Ошейник на шее Кислого засветился тусклым сиянием. Артефакт подчинения активировался, напоминая о приказе, — убить, когда придёт время. Гном заскрипел зубами, словно подавился.
— Сокровища… Они были мои. Я их собирал. Ты знаешь, сколько лет? Знаешь, сколько жизней положил ради них?
Голос дрожал от эмоций — настоящих, неподдельных. Сокровища для гнома — это не просто богатство. Это история, память, доказательство силы и власти, часть личности.
— И где они теперь? — прищурился я. — Где твоя свобода? Где твоя гордость? Всё отняли. А ты жрёшь железо и блеешь, как коза.
— Мне… Мне пообещали! Вернут!
В голосе звучала неуверенность. Он и сам не верит своим словам, цепляется за обещание, зная, что оно пустое. Император никогда не вернёт сокровища такому опасному существу. Проще избавиться от него после выполнения задания.
— Пообещали… — усмехнулся я. — Кто? Тот, кто на тебя ошейник надел? Или тот, кто потом с тебя кожу снимет?
Он замолчал. Лицо дёрнулось.
