Добавлял пункты один за другим, не давая новому потенциальному султану времени на возражения или торг. Быстрый темп речи, уверенный тон — я создавал впечатление, что всё это само собой разумеющееся, не подлежащее обсуждению.
Зафир хлопал глазами. Ошеломление, замешательство, попытка осмыслить масштаб требований — всё это читалось в микровыражениях его лица, в темпе дыхания.
— У меня есть магические кристаллы, которые я скоро начну продавать, — заканчивал свою речь. — Захочешь — можешь купить. И ещё кое-что… Одна маленькая проблема. У меня были зелья, но твой отец забрал их у моей жены. Очень мощные, редкие и дорогие. Нужно как-то возместить ущерб.
— Русский! — остановил меня Зафир. — Ты… ты… Приказываешь новому султану?
Наконец-то проснулись его гордость, дух сопротивления, осознание собственного достоинства. В глазах — смесь гнева и недоверия. Он пытается вернуть контроль над ситуацией, установить хоть какие-то границы.
— Вот! — хлопнул его по плечу. — Нравится твой настрой. А что касается вопроса… — мой взгляд стал холодным. — Я даю тебе советы и рекомендации. Хочешь — можешь не прислушиваться. Вот только клятва крови и души, не забывай! Ну, и я крайне плохой враг, как ты заметил, не стоит меня делать им для своей страны.
Турок напрягся и проглотил, смотрел на меня и скрипел зубами. А что он хотел? Братца убил, отца-марионетку убрал, страну получил. Бесплатно? Даром? Чудес не бывает, за всё нужно платить.
— Хорошо! — ответил шехзаде, почти султан.
Он ненавидит меня сейчас. Страх, злость, благодарность — всё смешалось в нём. Хочет ударить и поклониться одновременно. Смешно наблюдать эту борьбу.
Его тело выдаёт всё, что он пытается скрыть. Плечи напряжены — готовность к атаке. Стопы развёрнуты в сторону дворца — хочет убежать. Руки то сжимаются в кулаки, то разжимаются — борьба между агрессией и покорностью.
Турецкие солдаты вокруг тоже напряжены. Ловят каждое движение своего нового правителя, ждут сигнала. Пальцы на курках, источники магии пульсируют чаще обычного. Понимают: один неверный жест, и всё взорвётся.
— Ой, вот только лицо такое не строй, — покачал головой. — Ты мне словно одолжение делаешь… Ладно, у меня дела. Сначала я заберу свою жену, потом в серую зону отправлюсь у вас. Мне никто не должен мешать! И скоро мы увидимся, когда я буду готов.
— Серая зона? Зачем? К чему будешь готов? — недоумевал Зафир.
— Узнаешь, — подмигнул в ответ.
Моя армия монстров, теней и духов с новыми телами полностью перекочевала в пространственное кольцо.
Зафир и турки тем временем направились во дворец. Ещё бы, не терпится усесться на трон, объявить себя правителем. Главное, чтобы мне не мешали. А я? Взял артефакт связи и активировал его.
— Джемал! — позвал тень.
— Господин! — тут же ответил взволнованный голос. — Вы живы?
В этих словах слышались искреннее удивление и… облегчение?
— Как догадался? — не сдержался я от укола.
— Девушка… Ваша жена… — что-то мне не нравились нотки в его тоне.
Сердце пропускает удар, холод растекается по венам. Тон Джемала… В нём слишком много сочувствия, слишком много осторожности.
— Что с ней? Сбежала? — уточнил я. Держал голос ровным, несмотря на нарастающее напряжение.
— Нет! Она при смерти!
Слова ударили тяжелее кувалды. Сердце пропустило удар, потом другой. В груди образовалась пустота, словно кто-то вырвал лёгкие. Воздуха не хватало. Горло сжалось само собой, во рту пересохло.
Кровь отхлынула от лица. Я почувствовал, как холодеет кожа. Пальцы онемели, в ушах зазвенело. Мир вокруг потерял чёткость, размылся, сознание сузилось до одной точки — Зейнаб.
Зубы стиснулись до скрипа. Челюсти сжались так, что заболели виски. Мышцы шеи одеревенели, дыхание стало поверхностным, быстрым. В голове пульсировала только одна мысль: «Успеть». Время снова стало врагом.
— Сюда! Быстро! Забирай и переноси меня, — приказал я.
Разорвал связь с артефактом. Оставшиеся турецкие воины напряглись. Но после того, как я разговаривал с их новым султаном, они не стали дёргаться или как-то вмешиваться в ситуацию.
Джемал материализовался из тени. Турок хотел что-то сказать, но, увидев меня, тут же заткнулся. Положил руку мне на плечо, и тьма охватила нас. Прошло несколько мгновений, пока тело распадалось на частицы и потом собирались снова.
Я огляделся. Мы оказались в той же комнате, где были с Джемалом. Зейнаб на кровати — неподвижная, бледная, как полотно. Волосы разметались по подушке, прилипли к вспотевшему лбу. Дыхания не видно: грудь не поднимается. Губы с синеватым оттенком.
Проверил пульс — нет. Дыхание? Наклонился. Нет. По лицу скатывалась слеза. Губы… Волосы… Прикосновение к её коже — холодная, слишком холодная.
«Делай, что хочешь. Мы не можем её потерять!» — запищал мой внутренний зверь и забился в панике.
Я перешёл на магическое и духовное зрение. В голове набатом стучали слова императора, произнесённые губами султана: «Ты потерял свою жену».
