Я опустился на землю и начал выполнять упражнение. Ломов стоял надо мной, отсчитывая вполголоса, а по лицу его блуждала усмешка.
— Восемьдесят пять… Восемьдесят шесть… — мой голос звучал так же ровно, как и в самом начале.
Я чувствовал, как лицо сержанта мрачнеет. Он явно ждал, что я выдохнусь, сломаюсь, попрошу пощады.
— Сто сорок девять… Сто пятьдесят, — закончил и поднялся.
— Ещё двести, — тут же отрезал Ломов.
Солнце палило нещадно, пот застилал глаза, но я снова опустился и начал отжиматься. Сержант уже не считал, просто стоял, скрестив руки на груди. На двести семидесятом отжимании Ломов сдался.
— Хватит, рядовой, — бросил он. — Разрешаю отдохнуть.
— Разрешите выполнить до конца? — спросил я, поднимая голову.
По строю солдат прокатился шепоток. Ломов окинул их грозным взглядом.
— Ишь, умник! — процедил он. — Встать в строй!
Позже, в курилке, я заметил, как сержант разговаривает с майором из штаба.
— … Странный парень, — долетели до меня обрывки фраз. — Я специально проверил. Три с половиной сотни отжиманий — как нечего делать. И бегает, словно чёртов конь. На хрена такого держать в рядовых? Его на фронт убивать врагов нужно посылать. Этого солдата нечему учить.
Майор только покачал головой и что-то ответил, но я не расслышал.
Из-за моих действий на попытки меня сломать возникали проблемы. Но прямо обвинить или отправить под трибунал никто пока не мог, хоть и пытались. Нашёл в библиотеке книжек: уставы, приказы и прочая военная литература. Выучил. Солдат не должен быть умным, а обязан быть послушным.
Когда я устал от постоянных провокаций, мои ответы стали жёстче. Люди начали страдать, повреждения — сильнее, но даже это не остановило руководство.
За последнее время десять человек уже вернули домой. Они не смогли продолжать службу по состоянию здоровья. Трое отправились в могилы, очень уж упрямые были. Они не просто выполняли приказ, а сами хотели меня убить.
Друзей завести в этом замечательном месте не получилось. Ещё бы, когда моя фамилия в течение дня произносилась чаще, чем командирские. На меня косились, как на зверя. Все это понимали. Вдобавок я грамотно распускал слухи, которые были чистой правдой, что Магинские — древний земельный род. Сплетни росли, и начальству пришлось с этим как-то бороться.
Неожиданно Коля Кость первым подошёл ко мне. Я сидел в столовой, отковыривая вилкой какую-то сизую массу, выдаваемую за кашу. Он опустился напротив, придерживая загипсованную руку.
— Лучше не подходи ко мне, если не хочешь сломать вторую, — сказал я, не поднимая глаз.
— Хотел извиниться, — тихо ответил он. — Я был дураком.
Поднял на него взгляд.
— Ты, конечно, зверь лютый, — продолжил Коля, нервно сглотнув, — но правильно делаешь, что не даёшь себя в обиду.
— С чего такое прозрение? — хмыкнул в ответ.
— Да я вижу, как над тобой пытаются издеваться и сломать. Никого из наших так не гоняли, а ты всё равно в каждой тренировке первый, — он дёрнул щекой. — Странно это.
— Точно, — кивнул я, подцепив ложкой кусок серого мяса. — Очень странно.
— Скажи, а ты правда земельный аристократ? — тихо спросил Коля, наклонившись ко мне.
— А сам как думаешь?
— Да все тут шепчутся… Мало кто, а я поверил. Если бы ты не взял всё на себя тогда, меня бы наказали за то, что не выполнил задачу.
Спустя какое-то время, мы начали общаться. Не то чтобы мне это было очень нужно, но знать, что там думают и делают остальные, крайне полезно для моего плана.
Уроды сменили тактику. Теперь они попытались сломать чисто по-военному. Гоняли с утра до вечера по плацу, проверяли стрельбу, работу в группе. Было забавно видеть недовольные рожи военных, ведь у меня лучшие результаты в части по всем нормативам.
Однажды на занятиях по стрельбе молодой лейтенант Брагин, заведовавший тиром, поставил передо мной задачу расстрелять набор мишеней с максимальной скоростью. Обычно солдаты делали это за минуту-полторы, расходуя по два-три патрона на мишень.
— Посмотрим, на что ты годен, Магинский, — усмехнулся он. — Начали!
Я выхватил пистолет и одним слитным движением расправился со всеми целями. Десять выстрелов, десять поражений. Время — восемнадцать секунд.
Брагин побледнел и вырвал у меня из рук оружие, проверяя обойму.
— Невозможно, — прошептал он.
— Что невозможно? — спросил я невинно.
— Каждая мишень поражена в самый центр. Ни один человек… — мужик осёкся и посмотрел на меня так, словно увидел призрака.
— Ещё раз? — предложил я. — Могу за пятнадцать секунд.
Брагин ничего не ответил, просто развернулся и быстро ушёл, прижимая к груди пистолет, будто боялся, что я его отберу.
Я даже не использовал магию. В прошлой жизни, когда мне только выдали оружие, год не разгибался, пока не стал каждый раз попадать в цель. Слишком дорого обходились промахи, когда ты король-двойник.
Солдаты начали роптать. Ещё бы, по всем показателям меня должны повысить, а я до сих пор рядовой маг Магинский.
