Мужик дёрнулся, открыл глаза и несколько секунд непонимающе смотрел на меня, не соображая, где находится.
— Павел Александрович? — пробормотал он сонно. — Что… Где я?
— На войне, — усмехнулся я. — Вставайте, нам нужно поговорить.
Смирнов с трудом сел на койке, протирая глаза кулаками, словно маленький ребёнок. Его взгляд постепенно прояснился, возвращая мужчине осознание реальности.
— Сколько я проспал? — спросил он, оглядываясь.
— Весь день, — ответил ему. — Уже вечер. Но не беспокойтесь, мои люди перенесли всё в лабораторию. Она готова.
— Так быстро? — удивился Смирнов, окончательно просыпаясь. — Но как?
— У меня отличные солдаты, — просто ответил я, присаживаясь на стул напротив койки. — А теперь рассказывайте. Что происходит в роду?
Игорь Николаевич потянулся, разминая затёкшие от долгого сна мышцы, и провёл рукой по лицу, стирая остатки дремоты.
— С чего начать? — задумчиво произнёс он, собираясь с мыслями.
— С Ольги, — предложил я. — Как она?
При упоминании дочери лицо Смирнова просветлело, в глазах появился отеческий блеск гордости.
— Ольга… — Игорь Николаевич улыбнулся. — Девочка не спит ночами, Павел Александрович. Всё работает, работает и работает. Вы дали ей такой толчок! Она не только освоила рецепты базовых зелий, но уже экспериментирует с собственными формулами.
— А ранг? — поинтересовался я. — Продвинулась?
— Да! — с гордостью ответил Смирнов. — Недавно перешла, и всё благодаря вам и вашей поддержке. Если бы не ваше доверие, не знаю, что бы с нами было.
Я кивнул, довольный результатом. Девочка старательная и развивается в нужном направлении. Это хорошо.
— А Лампа? — спросил, вспомнив о втором алхимике в моём распоряжении.
— Евлампий… — Смирнов покачал головой с выражением, которое трудно было истолковать однозначно. — Странный он стал, если честно. Такое ощущение, будто парень живёт двумя жизнями. Днём он один человек, а ночью… словно кто-то другой. Голос меняется, манеры…
Я сдержал улыбку. Ещё бы, ведь действительно так и есть. Днём — Лампа, ночью — дядя Стёпа. Но Смирнову об этом знать не обязательно.
— А результаты? — перевёл разговор в нужное русло.
— О! — оживился Смирнов. — Тут прорыв. Если раньше его зелья были… гениальными, то теперь они не уступают лучшим образцам в империи. Некоторые даже превосходят.
— Отлично, — кивнул я. — А что с охотниками? Витас, Медведь?
Игорь Николаевич потёр шею, словно вспоминая что-то неприятное.
— Ваш род, Павел Александрович, сейчас больше похож на военную базу, чем на землевладение. Витас и этот… Медведь… Они просто не слезают с людей. От заката до рассвета — тренировки, охота, снова тренировки. Честно говоря, я никогда не видел, чтобы охотники так выкладывались.
Я кивнул, слушая эти новости с внутренним удовлетворением. Именно то, чего и добивался.
— Людей стало намного больше, — продолжил Смирнов. — Ваш род разрастается. Охотников теперь не одна и не две сотни, а гораздо больше. Я и не знаю точную цифру, если честно.
— А кристаллы? — подался вперёд. — Добыча идёт?
— Да, регулярно, — подтвердил Смирнов. — Ваши жёны… следят за этим процессом вместе с Витасом. Я мало вникаю, но слышал, что они постояннораспределяют кристаллы согласно указаниям.
— А Жмелевский? — задал следующий вопрос.
— После вашего… визита к нему, — осторожно начал Смирнов, — господин Жмелевский стал намного сдержаннее в своих действиях. Войска императора отвели от границ владений Магинских. Повытчик сам остаётся в своей резиденции и, по слухам, всё ещё восстанавливается после ранений.
Я хмыкнул, вспоминая, как Лахтина разгромила дом Жмелевского. Да, этот урок запомнится ему надолго.
— Что с Сашей? — спросил, подумав о девушке, которую забрал с собой после той атаки.
— Про неё ничего не знаю, — покачал головой Смирнов. — У меня нет доступа к такой информации. Полагаю, держат в тайном месте, если она всё ещё жива.
— Есть что-то, о чём я должен знать? — поинтересовался, чувствуя, что Смирнов рассказал далеко не всё.
Мужчина поджал губы, словно не решаясь сказать важное.
— Ходят слухи, — начал он осторожно, — что ваш род находится под особым вниманием… очень высокопоставленных лиц. Кто-то из окружения самого императора проявляет интерес к землям и к тому, что там происходит.
Я усмехнулся. Ну конечно, император не мог оставить меня в покое. Наверняка уже выстраивает планы, как избавиться от неугодного земельного аристократа.
— Ясно, — кивнул в ответ. — Спасибо за информацию!
— Если позволите спросить, — Смирнов наклонился ближе, понизив голос до шёпота, — почему вы не передавали весточек? Мы все беспокоились… Не знали, живы ли вы, как у вас дела.
— Чтобы никто не отследил связь, — ответил я. — Но оставлял сигналы через Булкина. И вот ты здесь.
Смирнов понимающе кивнул, хотя по его лицу было видно, что далеко не всё ему ясно. Но он достаточно умён, чтобы не задавать лишних вопросов.
— Ну что ж, — хлопнул я в ладоши, меняя тему. — Покажи, что привёз.
Игорь Николаевич заметно оживился. Он поднялся с койки и подошёл к небольшому ящику, который, видимо, принёс с собой. Когда только успел?
