«Да, папа!» — ответил тот с энтузиазмом.
— Ну что ж, пора вам увидеть мощь моих боевых машин смерти, — оскалился я, оглянувшись.
Первым решил выпустить Ама. Его массивное тело материализовалось в ограниченном пространстве нашего «кармана». Водяной медведь принюхался, голова монстра поворачивалась из стороны в сторону, изучая обстановку.
— Сейчас откроем путь, — сказал ему. — Там будет много всякой живности. Можешь кушать.
Ам радостно заурчал, его огромные когти нетерпеливо царапали землю.
Затем я достал флакон с зельем против отравления некромантической энергией. Вытащил Лахтину из пространственного кольца и дал ей пару капель. Немного рисковал после последнего её нападения, но мне нужно убедиться, что она сдержит свою королевскую клятву.
Сверкнула вспышка, и голая девушка исчезла, а на её месте появился массивный глиняный скорпикоз. Лахтина в своей истинной форме заняла почти всё оставшееся свободное пространство. Её хвост с огромным жалом угрожающе покачивался над головой. Клешни щёлкали, готовые рвать и кромсать.
— Ну, теперь повеселимся, — произнёс я, отходя назад, чтобы дать своим монстрам простор для действий.
Ам ринулся вперёд первым. Его массивное тело таранило завал, снося камни с пути. Когти и клыки, способные разрывать металл, крошили породу, словно картон. Через несколько секунд он пробил дыру, достаточно большую, чтобы протиснуться.
По ту сторону его уже ждали. Степные ползуны и земляные змеи — десятки, если не сотни тварей, жаждали крови. И сейчас они её получат.
Ам взревел, и этот звук — смесь рычания медведя и бульканья болота — эхом разнёсся по туннелю. Первый ползун прыгнул на него, но водяной медведь был готов. Одним ударом когтистой лапы он разорвал тварь пополам, не дав ей даже шанса выпустить ядовитый туман.
Следом рванула Лахтина. Её огромное тело протиснулось в пробитый Амом проход, а хвост с ядовитым жалом уже выискивал жертв. Первыми под удар попали земляные змеи. Жало скорпикоза пронзило одну из них, впрыскивая яд. Тварь забилась в конвульсиях, кожистые наросты вибрировали в агонии.
Настоящая бойня началась, когда Ам и Лахтина оказались в самой гуще монстров. Они действовали слаженно, как команда убийц. Медведь разрывал и давил, его когти и зубы превращали ползунов в кровавое месиво. Лахтина жалила и кромсала клешнями, методично истребляя всё, что двигалось.
Мне удалось пробраться ближе к выходу, чтобы лучше видеть происходящее. И то, что предстало перед моими глазами, поражало воображение.
Водяной медведь схватил одного из ползунов и поднял его над головой. Тварь извивалась, пытаясь вырваться, но хватка Ама была железной. С противным хрустом он разорвал монстра, и тот взорвался, выпустив облако ядовитого тумана. Но моего помощника это не остановило. Он нырнул прямо в отравляющую дымку, продолжая крушить и рвать, казалось, совершенно неподверженный воздействию яда.
Лахтина действовала иначе. Её тактика была основана на точности, а не на грубой силе. Королева скорпикозов молниеносно поражала противников своим жалом, впрыскивая смертельный яд. Змеи, получившие дозу токсина, корчились, их тела выгибались в неестественных позах, прежде чем обмякнуть. И это только с одной стороны. С другой она орудовала клешнями и своими жвалами.
Один из особо крупных ползунов попытался напасть на Лахтину сзади. Но королева, словно почувствовав опасность, резко развернулась. Её клешни сомкнулись на теле твари, разрывая надвое. Кровь и внутренности брызнули во все стороны, орошая стены туннеля.
Ам тем временем схватил земляную змею за голову и, раскрутив, как дубину, начал бить ею других монстров. Змея извивалась в его хватке. После нескольких ударов импровизированное оружие превратилось в бесформенную массу.
Магия была ещё одним измерением этой битвы. Я видел, как Ам использовал свою водную мощь, создавая потоки, которые сбивали с ног степных ползунов. Вода под его контролем становилась острыми, как бритва, лезвиями, рассекая плоть монстров.
Лахтина же демонстрировала свои способности к управлению силой земли. Под её влиянием почва туннеля то застывала, ловя змей в ловушку, то превращалась в зыбучие пески, в которых тонули ползуны.
Кровь, слизь и внутренности монстров покрывали всё вокруг. Звуки битвы — рычание, шипение, хлюпанье разрываемой плоти — сливались в жуткую какофонию. Воздух наполнился запахом ядовитого тумана и гибели. А в центре всего этого хаоса — мои монстры, две идеальные машины смерти, созданные для убийства.
Силы противников быстро таяли. Степные ползуны и земляные змеи не ожидали встретить таких могущественных врагов. Их численное превосходство ничего не значило против мощи Ама и Лахтины.
Один за другим монстры падали. Некоторые пытались отступить, зарываясь в землю или убегая глубже в туннель, но мои существа не позволяли им спастись. Ам хватал спасающихся бегством ползунов за задние лапы и разрывал на части. Лахтина преследовала змей, ныряя за ними под землю и вытаскивая на поверхность уже полумёртвыми.
