- Из этого неопровержимо следует, что каждого обвиняемого изначально стоит удалить из зала суда, отстранив от участия в процессе. Так будет лучше для всех, и для него тоже. По меньшей мере, он теперь не разозлит судью глупыми репликами. Добропорядочный гражданин доверяет судебной системе, и он не должен пытаться на неё как-то подействовать. Подобно тому, как люди поручают своё лечение врачам, нужно вверить себя суду и выступающим на его сцене профессионалам, и неважно, что некоторым из них итоги процесса безразличны, а остальные хотят побыстрее отправить тебя на виселицу. Собственно, именно там и надо объявлять, чем закончилось дело, и никак не раньше. Большое всем спасибо.
3.38.
Ян вернулся к себе, но едва он попробовал сесть, почта опять принесла документ. Судебная повестка.
- Третий раз за день! - воскликнул Ян. - Что происходит?
Присмотревшись, он увидел, что вызывают в другой кабинет. Новым было ещё и то, что его статус не написали, как, впрочем, и место и зале.
3.39.
Однако называть кабинетом помещение, в котором проходил суд, не стоило. Это был круглый вытянутый далеко вверх зал со множеством нависающих, словно ласточкины гнезда, балконов, на которых безмолвно теснились люди, в то время как перед сценой находилось всего несколько рядов стульев. Сама же сцена была довольно большой, круглой и ярко освещённой; в её правой части оказалось неожиданно многолюдно, там сидели не одни судьи, которых Ян легко отличил от других клерков из-за мантий, но и десятки прочих сотрудников Министерства.
Как только он зашёл, к нему подскочил какой-то чиновник и, не говоря ни слова, схватил за руку и потащил за собой в обход зрительного зала. В стене обнаружилась дверь, сквозь которую они попали на сцену. Один стул оставался незанятым, человек указал на него и быстро убежал.
Ян сел и осмотрелся. За трибуной, размахивая руками, выступал какой-то мужчина, но он стоял далеко, и расслышать его было сложно. Справа от Яна, в нескольких шагах, согнувшись и не поднимая глаз, сидел пожилой интеллигентный клерк в очках. Когда Ян пришёл, он боязливо оглянулся, но потом снова понуро опустил голову.
Через полчаса одного докладчика сменил другой. Слов было не разобрать, но Ян и не прислушивался. Со вчерашнего вечера он ощущал себя разбитым и опустошённым, а теперь ещё и эти странные суды. Вопросы юриспруденции любопытны, но обязанность выслушивать лекции не может понравиться. Мысли о пропаже Адама, ранее постоянно занимавшие его, немного притихли. Думать об этом не хотелось, и он чувствовал отголоски вины, доносившиеся даже сквозь усталость.
Чтобы отвлечься, он вновь взглянул по сторонам. Самым удивительным в помещении была его вытянутая форма и нависшие над сценой балконы со зрителями. Некоторые из них располагались очень высоко, в сгустившейся наверху темноте.
Вдруг Ян опять встретил взгляд своего соседа, по-прежнему робкий и испуганный. Наверное, у него какие-то неприятности, подумал Ян и решил с ним поговорить.
- Не знаете, почему заседание проходит в столь необычном зале? - шёпотом спросил Ян.
Мужчина вздрогнул, будто не ожидал, что к нему обратятся.
- Вы - новичок, - ответил он.
- В общем-то, да, - признался Ян. - Хотя я уже побывал на нескольких судах.
- Тогда вам известно, что помещение напоминает рассматриваемое дело. Большое дело - большой зал, незначительное - маленький. Но не только размеры, и форма в каком-то смысле должна быть похожа! Поэтому и...- он грустно махнул на вереницу балконов.
- Вот как, - сказал Ян. - А ещё любопытно, будет ли приговор. Суд без приговоров пугает даже сильнее.
Чиновник потёр лоб и произнёс:
- Пожалуй, я с вами не соглашусь. При других обстоятельствах мысль кажется интересной, но, к сожалению, не сейчас. Здесь, видите ли, судят меня.
- Вас?
- Да. Вы удивлены, почему я, будучи подсудимым, не в клетке? Но все понимают, что я никуда не денусь. Это и я знаю. Куда бежать? Где края Министерства? Полагаете, вы не внутри него? Многие здания связаны, например, системой подземных ходов и могут считаться единым целым. Убежишь на край света, спрячешься в маленькой комнатке в забытой гостинице, но и там под кроватью отыщется запылённая печатная машинка, а в шкафу предназначенные для тебя документы.
Ян задумался.
- А какое преступление вы совершили?
- Вообще-то я не совершал никаких преступлений. Разве я похож на преступника?
- Нет, не похожи, - согласился Ян. - Значит, вас ошибочно в чём-то обвинили?
- Меня никто не обвинял.
- Тогда вы не должны здесь быть!
Мужчина обхватил себя за плечи, будто ему стало холодно.
- Нет. Должен.
- Извините, - сказал Ян, - но я вас не понимаю. Я очень хочу помочь, но не знаю, как это сделать.
Собеседник тоскливо посмотрел на сцену.
