Положив руку на ладонь дочери, миссис Джаром с сочувствием спросила:
– Ты в самом деле любишь Стивена Клейтона, дорогая?
Софи не сочла возможным юлить:
– Конечно, мама. Должна признаться, что я прожила с ним два года. Это было очень хорошее время. Единственное, что меня смущало, что он ничего не говорил мне о своих чувствах. И его долгожданное признание в любви сделало меня по-настоящему счастливой.
Кристин с удовлетворением кивнула головой.
– Надеюсь, больше в вашей жизни испытаний не будет. Хотя отец, конечно, сейчас вытянет из него все жилы. Надеюсь, это пойдет Клейтону на пользу. Поступать так, как поступил он, увозя тебя неизвестно куда, верх глупости. Представляешь, как мы волновались! Джордан до сих пор вне себя от злости!
Софи позвонила в серебряный колокольчик. На вопросительный взгляд матери пояснила:
– Ужасно хочется чаю. От волнения, наверное. Утром я плотно позавтракала.
Получив заказ, молоденькая горничная умчалась, а Кристин с мягкой усмешкой заметила:
– К подобному образу жизни легко привыкнуть, не находишь?
Дочь обвела рассеянным взглядом богато обставленную комнату.
– Ну да.
– Ты не жалеешь о том, что выросла если не в бедности, то около того?
Софи с удивлением уставилась на мать.
– Конечно, нет, мама! С чего ты это взяла! Здесь же живешь как в тюрьме! И выйти можно только под охраной! Нет уж, такая жизнь не по мне! В Атланте было здорово! Я была как все, и у меня было множество друзей! А здесь я чувствую себя арестанткой.
– Вот и у меня такое же чувство. Но, боюсь, мне-то уже никуда отсюда не деться. Тебе легче – ты можешь отсюда уехать. С Клейтоном или без него, неважно.
Софи порывисто обняла мать.
– Мама, а что мешает это же сделать тебе? Отец же не может удерживать тебя здесь силой.
– Просто я люблю его, Софи. Надеюсь, что и он любит меня хотя бы вполовину того, что говорит. К тому же появилась и еще одна причина, почему я не могу отсюда уехать.
В глазах дочери появилось сначала удивление, потом понимание, и Кристин кивнула:
– Ну да. Через полгода у тебя появится брат или сестра. Если, конечно, все пойдет хорошо. Лет-то мне уже немало.
Софи яростно заявила:
– Почему что-то должно пойти не так? Здоровье у тебя хорошее, ты всегда вела здоровый образ жизни. А что касается твоего возраста, то в наше время женщины в этом возрасте рожают своего первого ребенка. И все бывает хорошо. Медицина, Слава Богу, не стоит на месте.
Кристин улыбнулась с некоторой долей самоиронии.
– Джордан говорит мне тоже самое. Но это не утешает, знаешь ли. Но надеюсь, что все и в самом деле будет хорошо. Но вот и наш чай.
Горничная, миленькая пухленькая мексиканка, внесла поднос с небольшим фарфоровым чайником с кипятком, чайничком для заварки, двумя чашками и большой тарелкой с соблазнительно пахнущей домашней выпечкой.
Составив все на чайном столике красного дерева, она сделала книксен и почтительно спросила:
– Не нужно ли еще чего-нибудь?
Софи сдержанно попросила:
– Сообщите нам, пожалуйста, когда из кабинета ДжиДжи выйдет мистер Клейтон.
Горничная кивнула головой, еще раз сделала книксен и поспешила выполнить поручение.
Налив чаю себе и матери, Софи подала Кристен чашку и принялась молча пить чай, внимательно прислушиваясь к звукам в коридоре. Внезапно хихикнув, спросила у Кристин:
– Мама, ты не знаешь, на нашей конюшне еще порют провинившихся?
– Как в начале прошлого века? Неужели ты думаешь, что твой отец распорядится высечь твоего жениха, своего будущего зятя? Не думаю, что Джордан на это пойдет. Хотя и считаю, что Клейтон вполне заслужил добротную порку.
Софи отрывисто вздохнула, но возразить не решилась. Она до сих пор помнила тот ужас, который испытала во время похищения. А что же в это время пережили ее родители? Тем более беременная мать? Хорошо, что все обошлось, но гнев ДжиДжи вполне оправдан.
Но время шло, а в доме не было слышно ни шороха. Софи вконец извелась.
– Боже мой! Что там отец делает со Стивеном? Может быть, мне стоит вмешаться?
Кристен отрицательно взмахнула рукой.
– И не вздумай! Эти южные джентльмены такие щепетильные! Если ты дашь понять, что они не хозяева в собственном доме, жди беды! Их хрупкое «эго» этого не выдержит!
Пожав плечами, Софи отвернулась. Да уж, хорошо, что Стивен не принадлежит к этим так называемым «южным джентльменам»!
Прошел еще час, и она, не выдержав, решительно встала и пошла к отцовскому кабинету. Кристин даже не пыталась ее отговорить. Но не успела Софи пересечь холл, чтобы подняться по лестнице в другое крыло здания, как ей навстречу спустилась запыхавшаяся горничная.
– Мисс! Сеньор вышел из кабинета! – от волнения она даже изъясняться стала по-испански. – Он идет сюда!
Вслед за ней широкими шагами по лестнице сбежал Клейтон. Не обращая внимания на горничную, он подхватил Софи и неистово завертел вокруг себя. У девушки закружилась голова, и она была вынуждена вцепиться в его плечи, закрыв глаза.
Быстро поцеловав Софи в губы, Стивен гордо заявил, не скрывая торжества:
– Ты теперь моя! Хотя, признаю, это было более чем трудно. У твоего отца тяжелый нрав, любовь моя.
Софи в ответ насмешливо переспросила:
