– Хватит. – Он берет очередной стакан и наполняет его пивом, – Так, новая женщина… Значит, ты решил оставить Тию в прошлом?
У меня от имени бывшей Хейза даже бегут мурашки.
– Я уж надеюсь, что да. Она его не заслуживала и не понимала. – Никому нельзя обижать моих друзей.
– Это точно, – подтверждает Гейдж.
– Да, Тия в прошлом, – говорит Хейз.
– Видимо, соседку нужно оставить нам же, – выдает Гейдж.
Ну нет. Я не позволю ему разрушить мои сексуальные фантазии.
– В этом я не уверен, – говорю я. – Хейз лучше играет в хоккей, когда он… счастлив.
Я пытаюсь посадить в его голове мысли о тройничке. Как семечко в землю. Фермер Стефан.
Хейз кивает, соглашаясь со мной. Да. Я прав.
– Это правда, – говорит он, – но я не хочу влюбиться и сбиться с пути. Насмотрелся, как это происходит с папой.
Я знаю, что Хейзу было сложно смотреть, как его папа бросается от одной женщины к другой, от одной боли к новой, от разбитого сердца к разбитому сердцу. Еще одна причина, по которой моему другу нужна ночь удовольствия.
– Хейз, пойдем утром на пробежку? – спрашиваю я.
– Всегда рад, – отвечает друг.
Ну, приступим.
Мы пробегаем четыре мили[10] – мимо парка Президио, ниже с холмов, к нижней части Пасифик-Хайтс. Остается пробежать еще пару миль.
К счастью, мы не останавливаемся у моего трехэтажного дома на самом верху холмов Пасифик-Хайтс с прекрасным видом на мост Золотые Ворота. Вместо этого мы пробегаем еще милю и заканчиваем на Филмор, около дома Хейза. Я все продумал.
Очень хочется пить.
– Умираю от жажды. Пожалей, – выдавливаю я, еле дыша, под футболкой пот льется ручьем. Возможно, мне даже не придется ее снимать, чтобы план сработал.
Хейз бездумно кивает на пожарный гидрант:
– Вон, пользуйся. Могу вынести тебе мисочку.
– Какой ты щедрый. – Я игнорирую его предложение и бегу к вращающейся входной двери его дома.
– Ладно, заходи, – с иронией говорит Хейз.
– Зайду, не переживай.
Он заходит следом за мной.
– Может, попьем воды и пойдем в зал прямо здесь?
– Супер, давай. – Идея такая хорошая, будто я сам ее придумал.
В пентхаусе я вливаю в себя стакан воды из-под крана, а потом машу рукой на спиральную лестницу, ведущую на крышу.
–Захотелось фасоли[11].
Хейз смотрит на меня своими темными глазами, будто поверить не может:
– Кому хочется фасоли перед тренировкой? Кому вообще хочется просто фасоли?
Я тыкаю себя пальцем в грудь.
– Мне.
– Ты серьезно?
– Кому-то хочется чипсов, кому-то фруктов. Мне – фасоли. Не осуждай меня.
– Я буду осуждать тебя за странные вкусовые предпочтения сколько хочу.
– Ладно. Если серьезно, хочу проверить сад на крыше. С ним квартира продастся дороже. Когда «Эвенджерс» тебя подпишут, ты тут же полетишь покупать себе особняк где-нибудь у моря.
Хейз грустно смеется.
– Ага. Конечно. Скорее я перееду, когда меня снова перепродадут.
Ну что это такое. У меня сердце за него болит.
– Да я не это имел в виду.
Он пожимает плечами.
– Но надо и правда проверить овощи. Прежние жильцы оставили жесть какие сложные рекомендации по уходу.
– Баклажаны – это сложно. Я понимаю, – серьезно говорю я.
Мы идем на крышу, и наверху я на минуту замираю, наслаждаясь видом.
– Нужно отсюда поснимать. Здесь так красиво.
– Это точно, – соглашается он, но тон у него отрешенный. Хейз машет на здание через дорогу. – Отсюда видно твой бар.
– А оттуда – эту крышу.
Я поворачиваюсь и иду туда, где растет фасоль, срываю стручок и закидываю в рот. Хейз пока читает садовые инструкции, которые прошлые жильцы оставили в маленькой каморке на крыше, параллельно посматривая на огромные листы салата кейл.
Он хмурится. Его взгляд перебегает от листов к сорняку в той же грядке, потом снова к листам с инструкцией и обратно.
Я почти перестаю дышать.
– На что я вообще смотрю? Это кейл или сорняк?
Шаг в верном направлении. Но я не буду говорить ничего прямо.
– Без понятия. Зайти в гугл, – ненавязчиво предлагаю я.
Он фотографирует грядку, а потом загружает в поисковик.
Вот черт.
Я сам вырыл яму своему плану.
– Думаю, это сорняк, – говорю я, пока он не нашел точный ответ.
– Точно?
– Ага.
– Гугл говорит, это кейл, – читает Хейз.
– А ты доверяешь мне или гуглу?
– Да что ты знаешь про овощи?
– Ну, что-то знаю.
– И это меня напрягает, – говорит он, а потом наконец-то замечает хлебные крошки, которые я рассыпал. – Просто спрошу Айви. Она любит огородничать, ее бабушка учила.
– Пусть она зайдет посмотрит лично. Так проще.
Я жую фасоль, пока он пялится в телефон несколько минут, а потом поднимает глаза и спрашивает:
– Можно ей привести собаку?
Обожаю, когда все само получается.
– Конечно.
– Супер. Надеюсь, она не расстроится, когда увидит, что ты тоже здесь, – говорит он, а потом грустно вздыхает. – Хотя, конечно, она расстроится. Предупрежу ее.
– Пошел в жопу.
С довольной улыбкой Хейз набирает сообщение, а потом поднимает взгляд на меня.
– Все. Надеюсь, ты ее не спугнешь.
Я тоже надеюсь. Но я умею убеждать. Для начала сниму футболку.
