Парни сидят на полу кухни и так внимательно меня слушают, будто моя болтовня про собаку для них очень важна. Когда я рассказывала эту историю Зендеру, ему было очень скучно. Да, он меня выслушал, но тогда ему не терпелось пойти за новыми бабочками, потому что его любимая винтажка устроила распродажу.
А эти двое искренне заинтересованы. Как тут устоять?
– Ее прежняя хозяйка лежала в хосписе. Семьи у нее не было. Когда ее не стало, никого кроме медсестер и собаки рядом не было. Она оставила приюту записку: «Пожалуйста, позаботьтесь о моей девочке».
Тут я всегда начинаю плакать, сегодня даже перестаю дышать от наплыва эмоций. Стефан встает, берет со стола салфетку и подает мне. Я промокаю глаза.
– Простите! Мне всегда так грустно об этом рассказывать.
– Это и понятно, – говорит Хейз с такой нежностью в голосе, – ты сочувствуешь и Рокси, и ее хозяйке.
У меня теплеет на сердце.
– Да, ты прав.
– Эта история напомнила мне о бабушке, – добавляет Стефан; голос у него серьезный, таким я его еще не слышала. – Она обожала своих кошек. Они были ее самые близкие друзья. Сильно переживала, что с ними будет после смерти.
– Как все в итоге случилось? – спрашиваю я и уже переживаю за кошек.
– Мама забрала себе, – отвечает он, будто подчеркивая, что иного варианта и быть не могло.
– Это здорово! Они до сих пор с ней?
– Да, она им готовит каждый вечер.
– Теперь они самые близкие друзья для нее.
– Все так!
Стефан садится обратно на пол, а я опускаюсь следом и наклоняюсь к Рокси, чтобы мне тоже перепало ее внимания.
– Я понимаю твою бабушку и маму, – говорю я, – в истории Рокси мне жаль их обеих. И собачку, которая потеряла своего человека, и одинокую женщину, у которой в последние годы жизни не было никого, кроме собаки. «Маленькие друзья» помогали приюту Флориды с рекламой, я увидела их видео про Рокси и прибежала, выбивая двери, требуя, чтобы они отдали Рокси мне. – Я сглатываю комок в горле. – Мне так сильно хотелось, чтобы Рокси была моей, чтобы я могла купать ее в любви и поцелуях и наряжать в банданы до конца ее дней.
Хейз улыбается еще шире.
– Значит, это благодаря тебе у нее столько любви, которой она делится с окружающими.
Сердце сжимается от счастья. Я стараюсь убедить себя, что это из-за собаки.
– Может быть, – говорю я, – но, думаю, она просто сама по себе такая.
– Она встретила правильного человека, – с теплотой говорит Стефан.
– Хочется в это верить. Когда-нибудь я хочу дать этим приютам кучу денег, сделать таблички и рекламы для всех собачек, которые еще ждут свою семью, построить там игровую площадку имени Рокси и добиться того, чтобы у каждой собачки был дом.
Я еле справляюсь с эмоциями. Последнее, что мне нужно, – так это расплакаться перед двумя огромными мужиками, которым я была нужна для овощной экспертизы. Я же не у психолога, чтобы душу изливать о семье, о заботе, как мне важны доверие, поддержка и чувства других людей.
– Я благодарна Трине. У нее тоже живет собака из этого приюта – пинчер Начо. Мы считаем, что они с Рокси брат и сестра.
– Собаки тоже часть семьи, – говорит Хейз.
– Это точно, и вашим собакам определенно повезло, – добавляет Стефан.
Мысли плывут от количества вопросов в голове. Неужели они оба понимают, насколько я привязана к этой собаке?
Я продолжаю рассказывать о Начо и Рокси. Как иногда Рокси остается с ним, пока я уезжаю по работе. Как будет на этих выходных. Обычно талисмана не берут на выездные матчи – заводить толпу принято на домашней арене, – но в этот раз команда берет меня с собой в Вегас для промоакции с талисманом «Сэйберс».
Будет ли мне некомфортно в поездке вместе с ними двумя? Один завел меня до предела на складе, а второй мучает прямо сейчас. Скорее всего, мы даже не увидимся. Они же игроки. Они звезды. А я просто девчонка в душном пушистом костюме, которая специально спотыкается на льду.
Таким девчонкам, как я, которым приходится зубами держаться за любую подработку, нельзя влюбляться в коллегу. А в двух – уж тем более.
Я встаю, поправляю вязаную кофточку.
– Так что там с вашим кейлом?
Они оба тоже встают. Хейз ведет меня к спиральной лестнице на крышу. Рокси я беру на руки, а Стефан идет сзади.
– У нее целая коллекция? Бандан, я имею в виду, – спрашивает Стефан.
– Конечно, – я самодовольно ему улыбаюсь, – она же моя подружка модница-оборванка.
Я впервые упоминаю свой блог перед Стефаном, и на меня тут же обрушивается осознание.
Он не просто наткнулся на этот пост. Он нашел мой блог. Он специально оставил комментарий. Он искал меня в интернете. Я – та, в ком он заинтересован.
– Я так понимаю, ей нравится быть в центре внимания. – Стефан не сводит с меня своих голубых глаз, будто знает какой-то секрет.
– Может, ты и прав, – говорю я, пытаясь не выдать себя. Не хочу, чтобы у него было преимущество. – Номер восемнадцать.
Судя по его довольному лицу, он даже рад, что я его раскусила. Хейз внимательно смотрит на друга, даже с любопытством. Его совсем не злит, что Стефан флиртует со мной.
