– И посмотрите, гении мыслят одинаково. – Я достаю свой ежедневник, в котором мы всегда записываем все планы, и открываю страницу, на которую внесла изменения.
Я тыкаю пальцем в день через неделю. Награждение «Спортсмен года». Я вычеркнула «тройничок по расчету».
– Что это значит?
– Что мы больше не «по расчету». Мы – это просто мы, – говорю я и сглатываю комок. – Просто вместе. Без срока годности. С общим будущим.
– Сработало, – говорит Стефан суперсчастливым голосом. – Мы старались влюбить тебя в нас изо всех сил. И это сработало.
Меня так радует это признание.
– Срочные новости: я уже давно влюблена в вас обоих.
– Прекрасно. Я с ума сходил, думая, что ты уедешь, – выдает Стефан.
У Хейз вырывается смешок.
– Буквально.
Но вдруг они больше не смеются. Стефан берет мое лицо в ладони.
– Ты остаешься, – с облегчением говорит он.
Хейз со всей серьезностью берет меня за руку и сжимает.
– Мы.
Я киваю, по щекам катятся слезы.
– Мы, – повторяю я, а потом сжимаю губы, прежде чем решиться еще на кое-что. – Я тут подумала, может, мы все будем жить вместе у Стефана?
Стефан театрально встает и стучит пальцем по часам.
– Да. С этой минуты. Пойдемте.
Конечно, прямо в тот момент мы не уходим. Мы ужинаем, пьем, смеемся. Потом едем за моей собакой и строим планы на будущее, на то, как мы трое – ну, четверо – обживем свой дом.
Совсем скоро мой дом преображается. Хейз привозит своей телескоп и ставит его на балкон, где уже, представьте себе, стоит мой. Мы еще обязательно используем их, чтобы полюбоваться звездами или для каких других ночных развлечений. Дневных, кстати, тоже.
Айви перевозит всю свою одежду. Мне приходится добавить для нее место в гардеробной, повесить новые вешалки. Это дало мне возможность достать ящик с инструментами, а Айви – поглазеть на меня с молотком.
Она стоит в двери и с обожанием наблюдает за мной.
– Тебе нравятся мужчины с клюшками и молотками?
– Да, нравятся, – отвечает она.
– Понял. Продолжу понтоваться и тем, и другим.
Коллекция бандан Рокси тоже переезжает, мы ставим для нее отдельный шкафчик у входной двери. Я срываюсь и покупаю дохрениллион собачьих лежанок.
Дом больше похож на дом, когда в каждой комнате собаке есть где спать. Хотя малышка все равно каждую ночь залезает на нашу огромную кровать. Умная девочка – гораздо приятнее вытянуться на матрасе.
На место Айви въезжает новый друг Джексона, и я знаю, что так Айви не чувствует себя виноватой, будто она подвела его с арендой. Пентхаус Хейза я тоже найду кому сдать. Сад на крыше и куча возможностей для «голого спорта» сами себя продадут.
Теперь, когда я прихожу с арены после игр с Хейзом и Айви, дом не ощущается пустым. Ни дни, ни ночи.
– Что думаешь?
Показываю свое блестящее ярко-красное платье своей надежной советчице по моде.
Рокси за мной пристально наблюдает, сидя на полу в спальне; глаза ее полны надежды, наверное, думает, что у меня где-то припрятан бургер. У нее дергается хвостик – прозрачный намек на ее истинные желания.
– Ладно, буду считать, что ты в восторге.
Она еще быстрее машет хвостом. Она реально думает, что я сейчас буду ее угощать.
Я приподнимаю шелковую юбку, нагибаюсь и чещу собаке подбородок. Она в ответ вываливает язык. А, видимо, она хотела поцелуй.
– И я тебя люблю, – мурлычу я и нежно целую ее еще более нежный носик. Встаю, и платье спадает по ногам, ткань шелестит с каждым шагом. Я выхожу из спальни при параде, собака клацает за мной, наряженная в праздничную красно-белую бандану с косточками.
Еще не доходя до гостиной, слышу дебаты.
– Ты енот на наркотиках, – обвинительным тоном говорит Хейз.
Слышу уверенный смешок Стефана:
– Нет, это Айви.
Я замираю и слушаю, губы дергаются в улыбке.
– Нет, она организованная, а ты только вид делаешь.
– Пф-ф.
– Признай.
Я сдерживаю смешок.
– Не признаю, – говорит Стефан, и я буквально вижу, как он откидывается на кресле, расслабленно попивая скотч.
Хейз упрямится.
– В каждом доме есть один человек, который расставляет посуду в посудомойке, как скандинавский архитектор, а второй закидывает тарелки, как енот на наркотиках.
– Очевидно, что я архитектор. Я же из Скандинавии.
Стефан решает, что это неоспоримый аргумент.
Мы с Рокси поворачиваем за угол и входим в гостиную. Меня окутывает тепло. Они такие красивые, расслабленные. Чувствуют себя как дома. Оба в сшитых на заказ костюмах. Стефан полулежит на диване, на нем темно-синий костюм, который подчеркивает его прекрасные глаза и обрамляет фигуру. В одной руке у него бокал с золотистой жидкостью. Хейз, одетый в угольно-черный костюм, стоит, облокотившись спиной на камин, на который мы повесили праздничные чулки. Рокси гавкает, здороваясь, будто объявляет о нашем присутствии.
Они синхронно поворачиваются ко мне и от удивления открывают рот.
– Ух ты!
– Красота!
– Ты просто…
– Великолепна.
Их комплименты щекочут меня изнутри, словно пузырьки шампанского. Я поднимаю руку, чтобы кое-что сказать.
– Есть признание.
