Бабушка смастерила красивую прическу, одела украшения и немного накрасилась. И в итоге я видел перед собой красивую женщину, уверенную в себе и гордую. Смотрелись они вместе просто превосходно.
— Дима, прекрасно выглядишь. Но мы уже заждались тебя. Нужно поспешить и занять очередь в императорской канцелярии. Там статус не имеет значения. Пойдем.
Я подошел, дед хлопнул меня по плечу.
— Ты не передумал?
— Нет.
— Тогда поехали, чего тянуть.
— Могу ли я поехать на мотоцикле?
Бабушка сразу встала в стойку.
— Дима, я не против, но ты сам подумай, как это будет выглядеть. Мы собираемся не куда-нибудь, а в императорскую канцелярию. Подобный поступок будет выглядеть некрасиво.
Подумав немного, я с ней согласился. Ничего, успею еще поездить. Сейчас нужно быть максимально серьезным.
— Ты права, бабушка. Пойдем.
— Кстати, Миша. Когда вернемся, займись, пожалуйста, тем, чем обещал мне заняться. За десять лет бумаг накопилось очень много. Пора взяться за дело.
Дед поморщился, но кивнул.
— Хорошо, я займусь этим.
Бабушка тяжело вздохнула.
— В твоих словах я не слышу уверенности.
Я был согласен с ней. Судя по выражению лица деда, он не горит желанием заниматься бумажной работой. Похоже, отвык от всего этого за столько лет. Всем этим занималась бабушка, и я не представляю, какой груз свалился на ее хрупкие плечи.
Все вместе мы сели в машину и тронулись в путь. Это была не привычная мне машина, а совсем другая. Автомобиль выглядел, как джип, но удлиненный. Внутри было просторно и комфортно. Во время поездки мы могли поднимать специальное окошко, чтобы разговор не слышал водитель.
Я видел, что и бабушка и дед немного нервничали. Наверное, все еще не до конца доверяют мне. Но это не проблема, я их не подведу.
Они старались вести себя спокойно, даже общались между собой. Но бабушку выдавало нервное постукивание каблуком.
Подъезжая, я понял, что этот день будет непростым судя по тому, сколько таких, как мы людей, подъезжало к императорской канцелярии, выходили из машин и двигались ко входу. Мы поступили аналогично — вышли из машины, зашли в здание и поднялись на второй этаж. Там уже нервно расхаживал из стороны в сторону наш адвокат. Он был слегка взвинченным, но, как и положено, поприветствовал всех троих. Сначала дедушку, потом бабушку и после уже меня.
— Все готово, господин Бесонов. Я договорился еще вчера. Вас примут незамедлительно. Следуйте за мной.
Мы прошли дальше по этажу и вошли в большие двери с правой стороны. Сначала я подумал, что это просто чей-то рабочий кабинет, но ошибся. Это помещение походило на церемониальный зал, только в миниатюре. На стенах различные цветастые ленты, много позолоченных украшений. Посредине помещения стол, накрытый ажурной скатертью белого цвета. На столе ваза с цветами и книга в красном переплете.
Нас встретил молодой человек в красивом костюме. Он нам приветливо улыбался.
— Здравствуйте, господа. Прошу, проходите. Меня зовут Владислав Юриевич.
— Очень приятно.
Мы познакомились, и уже было проследовали вглубь помещения, как бабушка вдруг хлопнула себя по лбу.
— Миша, мы совсем забыли рассказать ему.
Дедушка посмотрел на нее в недоумении, но потом воскликнул.
— Точно, совсем забыл предупредить. Тебе придется подписать документ.
Ну, и что в этом странного? — Подумал я в недоумении, но дедушка еще не закончил.
— Обычно, при вхождении в род, взрослые люди подписывают документы кровью, но с тобой, наверное, будет по-другому, так как ты еще несовершеннолетний. Думаю, в твоем случае обойдемся без насилия.
— Ничего страшного, я не боюсь пораниться.
Что за средневековье, все-таки. Подпись кровью. Не удивлюсь, если здесь еще в силе право первой брачной ночи.
Мы подошли к столу. Церемониймейстер назвал наши имена и стал рассказывать о том, какая это честь — вступить в род и все в том же духе. Его речь затянулась на целых пятнадцать минут. Я его слушал внимательно, и в то же время думал, почему нет никакой иголки или ножа, чтобы было легче пробить палец или порезаться. Но, ничего. Запонки на моих рукавах довольно острые, справлюсь.
Наконец, его речь закончилась, и он достал свиток. Это была необычная бумага на вид. Сделано все было под старину, как древний пергаментный свиток. Все красиво и наполняет чувством собственной важности. Скорее всего, это все только для красоты, и документ не несет настоящей временной ценности. Если бы свиток был настоящим, вряд ли его бы вот так просто давали на подпись необразованному юнцу. Вполне возможно его сильно испачкать красными кляксами.
— Итак, молодой человек, перейдем к главному.
Церемониймейстер отвернулся на мгновение, не знаю, для чего. А в это время я одним четким движением порезал себе палец. Блядь, как больно. Но на лице я не изменился, дабы не выглядеть тряпкой.
— А, вот она. Поставьте, пожалуйста, подпись здесь красной ручкой.
Я хотел покончить со всем этим побыстрее, поэтому в то время, как он говорил, я уже начертил окровавленным пальцем свои инициалы кровью.
