Егор наблюдает за нами, я чувствую это, и это не может не возбуждать еще больше. Хочу, чтобы она под халатом оказалась обнаженная, хочу опуститься на колени и вылизать ее до оргазма прямо здесь, на обеденном столе своего будущего отчима.
Воздух сгущается, он становится тяжелее, он давит на нас, приближая неизбежное. Предвкушение того, что будет, может быть даже иногда сильнее самого события.
Мне всегда нравится время перед боем, когда ты готовишься, когда максимально разгружаешь свой мозг, закрываешь глаза и чувствуешь, как тяжестью наливаются мышцы, как сжимаются кулаки, причиняя легкую боль. А когда выходишь на ринг, просто делаешь то, ради чего ты был рожден. Дерешься.
Но сейчас происходит что-то особенное. Я, мать его, становлюсь громадным романтиком, я – не верящий раньше в любовь, в отношения. У меня даже никогда не было девушки. Но эта рыжая зеленоглазая девчонка сводит меня с ума.
Нежно массирую затылок Юли, а потом сжимаю волосы в кулак, задерживаю дыхание и впиваюсь в ее губы страстным, каким-то диким, яростным поцелуем, который убивает все на своем пути.
Из меня вырывается все то, что накопилось за эти дни. То, что даже не могло вырваться на ринге. Моя ярость, смешанная с диким желанием, опаляет, сокрушает и вспыхивает огнем.
Пока целую, практически насилуя рот девушки, удерживая ее одной рукой, другой рукой стягиваю с плеч халат, обнажая, понимая, что на ней, как я и хотел, больше ничего нет.
Юля отвечала на поцелуй, слегка постанывая. Я кусал ее полные губы, засасывая, лаская языком. От ее стонов и такой податливости сносило крышу окончательно.
– Ты безумно вкусная, малышка. Не могу остановиться, не могу не целовать твои сладкие губы.
Накрываю грудь, сжимая ее, Юля запускает пальцы в мои волосы, оттягивая их, чувствую, как затвердели ее соски, покрывая кожу поцелуями, спускаюсь к ним. Юля стонет, когда накрываю ее сосок губами и начинаю покусывать и сразу зализывать.
Подходит Гор, целует Юлю в губы, что-то говорит, я не могу разобрать, в голове шум. Откидываю халат в сторону, раздвигаю ее колени шире, накрываю киску, чувствуя под пальцами влагу. Размазываю ее, продолжая терзать грудь, а Гор при этом целует Юлю.
Клитор твердый, стимулирую его, делая круговые движения, Юля стонет громче, хочу попробовать ее на вкус, опускаюсь на колени, смотрю несколько секунд на раскрытое передо мной лоно. Половые губы блестят от смазки, ее девочка нежно-розовая. Целую внутреннюю сторону бедра, у самого член стоит уже колом.
– Ложись, да, вот так, малышка. Расслабься, раскрой себя шире, – Гор укладывает Юлю на стол, ноги широко разведены.
Нежно касаюсь языком клитора, провожу по нему несколько раз, а потом впиваюсь губами, начинаю посасывать, отрываюсь, веду языком по всей промежности, собирая влагу. Вновь засасываю клитор, стимулируя пальцами тугой сфинктер.
– Да, сладкая, черт, какая же у тебя красивая грудь. Кончи, пока Ром вылизывает тебя, хочу это слышать.
Да, Юля кончит на моем языке, а потом с моим членом в своей узкой попке.
– Еще… да-а-а-а… еще… не могу… не могу больше…
Не знаю, чего прошу, но внутри все напрягается, а потом я разбиваюсь на части, на тысячи осколков от невероятного удовольствия, кончаю на губах Романа, от его ласк. Егор продолжает ласкать грудь, я лежу на столе обнаженная, разбитая своим оргазмом.
Передо мной появляется Гор, смотрит в глаза, накрывает губами мой рот, жадно целует, лаская языком, покусывая губы. А Роман входит в меня пальцами, продолжая ласкать клитор, трахает ими, дергаюсь, хочу свести ноги, но он не дает, продлевает эту сладкую муку. Я кричу в рот Егору, кончаю снова, все мышцы сводит, выкручивает, а тело горит.
– Нет… а-а-а… а-а-а… да-а-а-а…
Господи, это невероятно, этого просто не может быть, но это происходит, и я знала, что так все будет. Я так хотела быть обычной, той девушкой, которая начнет встречаться с парнем, целоваться, займется сексом, но никак не думала, что это будет все именно так.
Так, что я сейчас с двумя парнями сразу и получаю оргазм за оргазмом.
Но подумать и прийти в себя мне не дали, даже хоть что-то сказать, Гор подхватывает меня на руки, несет через гостиную, к лестнице, на второй этаж, к себе в комнату, Роман идет следом. Меня бросают на кровать, черное шелковое покрывало прохладой касается кожи.
– Гор… Рома…
Я не знаю, что сказать, и хочу ли я их остановить, но замолкаю и наблюдаю в полумраке спальни, как парни раздеваются. Крепкие, мускулистые, широкоплечие, на их совершенных телах татуировки, в глазах огонь и голод. Сглатываю, когда опускаю взгляд ниже, члены напряжены, стоят, подрагивая от движений.
Хочу прикрыться, но не делаю этого, я не хочу отступать. Я хочу быть с ними. Мне не страшно.
Парни подходят к кровати, стоят, ничего не делают, смотрят. Двигаюсь ближе, хочу осмелеть так, чтобы потом само́й было стыдно. Тяну руку, касаюсь бедра Романа, не отрывая взгляда от его члена, во рту скапливается слюна.
– Давай, возьми его, малышка, – Гор нарушает молчание, подталкивая меня к действиям, Ром сжимает кулаки.