Вика фыркнула и отвернулась к стеллажам с книгами. Петя успел заметить, что она покраснела. Он с улыбкой наблюдал, как Вика водит пальцем по корешкам книг, наслаждался её красотой и уже почти забыл, что говорит с отцом, пока тот не воскликнул:
– Ты слушаешь или нет?!
Петя отвёл взгляд.
– Извини… Зачитался. Что ты сказал?
– Я сказал, что отправлю за тобой шофёра. На улице снегопад и ветер, Виктор тебя довезёт.
Петя немного помолчал, затем спросил:
– А ты как поедешь?
– Я в офисе останусь.
Петя чуть сильнее сжал телефон. В огромном офисе отца было несколько комнат отдыха, в одну из них он практически переехал. Не то чтобы Пете так сильно хотелось проводить с ним время. Им и поговорить особо было не о чем, кроме Петиных оценок и поступления, и даже эти темы часто заканчивались ссорами. Но Петя понимал, почему отец разозлился, что он не сразу взял трубку.
– Ладно. Пусть Виктор через час подъезжает, я постараюсь всё успеть. Спасибо, – буркнул он напоследок.
Отец хмыкнул что-то в ответ и сбросил вызов.
– Всё в порядке? – спросила Вика.
Петя кивнул, убрал телефон и, сунув руку в карман, посмотрел невидящим взглядом в окно. Порывы ветра бросали в стекло мелкий снег.
– Отец переживает, – сказал он и добавил немного тише: – Мама попала в аварию в метель.
Вика молча подошла и обняла его со спины, прижавшись лбом к плечу. Он перекинул руку и обнял её за плечи, продолжая смотреть в окно.
– Мне так жаль, – негромко сказала Вика. – Так не должно быть.
– Да, – так же ответил Петя. – Не должно.
Они стояли перед окном, и каждый думал о своём. Петю, как всегда, накрыла печаль от воспоминаний о маме, от голоса отца, в котором за гневом и строгостью он улавливал горечь их общей потери. Эта потеря была единственным, что ещё объединяло их. Кроме них, никто до конца не понимал – каково это. Каково им было в огромном пустом доме, откуда исчез мамин смех. А потом и папин. Петя коротко вздохнул и прислонился щекой к Викиной макушке.
– А ты как доедешь? – наконец спросил он. – Виктор, папин водитель, может и тебя довести.
Вика слегка качнула головой:
– Меня мама заберёт.
– Она хорошо водит?
Вика направила на Петю насмешливый взгляд:
– Она отлично водит, Певцов, не будь, как отец.
Петя не ответил на Викину улыбку. Он слегка нахмурился и снова посмотрел в окно.
– Не сравнивай меня с отцом. Я не такой, как он.
Вика склонила голову набок:
– Конечно не такой. Твой отец настоящий красавчик.
Петя не удержался от смешка и поднял одну бровь. Он понимал, что Вика специально его провоцирует, чтобы отвлечь от грустных мыслей. Он ей подыграл:
– А я, значит, не красавчик?
Вика игриво повела плечами:
– В восемнадцать лет все красавчики, Петруша, не велика заслуга. Посмотрим, что с тобой будет через двадцать лет – будешь ли ты таким же подтянутым, как твой Сергей Борисович, или же превратишься в лысый пережёванный сапог.
Петя тихо рассмеялся и, наклонившись к Вике, прошептал:
– Я буду чертовски хорош. Всегда.
Час спустя Петя с Викой шли по первому этажу, перешучиваясь и смеясь. Прежде чем разойтись к своим шкафчикам, они остановились посреди коридора, и Петя в последний раз притянул к себе Вику. На минуту он снова забыл обо всём, кроме её губ на его губах, её рук в его волосах, её сбивчивого дыхания…
– Вы с ума сошли… – раздался откуда-то сбоку сдавленный голос.
Вика с Петей резко отскочили друг от друга. На них широко открытыми глазами смотрела красивая статная блондинка с короткой стрижкой и яркой помадой. Викина мама. Она вышла из холла, где стояли кресла и диваны для родителей, ждущих детей. Увидеть её заранее было невозможно.
– Мама! – Вика суетливо провела рукой по волосам в попытке восстановить причёску. И дыхание. Она на глазах краснела до самой макушки. – Почему ты… Что ты здесь делаешь?
– За тобой пришла, – ответила Софья. Она переводила взгляд с Вики на Петю и обратно, очевидно всё ещё шокированная увиденным. – Как мы и договаривались. Ты не выходила, и я пошла тебя встречать. На улице жуткий ветер и скользко, а ты в своих дурацких кедах, вот я и решила проверить, вдруг ты на крыльце где-нибудь поскользнулась и валяешься в обмороке.
Петя хмыкнул, а Вика поправила сползшую с плеча сумку.
– Ну… Как видишь, я не в обмороке.
– Да уж вижу. – Софья усмехнулась, склонила голову набок и, слегка прищурившись, спросила: – Как же Петру это удалось? – Не получив ответа и явно наслаждаясь замешательством своей дочери, она качнула головой: – Кто бы мог подумать. Он же так тебя бесил… Ты каждый день на него жаловалась.
Вика стала ещё краснее.
– Ты не могла бы быть чуточку тактичнее, мама? Пётр стоит прямо перед тобой.
Петя фыркнул, глядя на Вику. Он был солидарен с Софьей – ситуация начала его забавлять. Как и Викины красные щёки.
