Петя пошёл к нему, чуть не столкнувшись по пути с двумя мелкими из начальной школы, которые бежали мимо. Сердито на них зыркнув и сказав: «Не бегать!», обратился к Ване:
– Предлагаю репетировать по средам. В четверг у нас относительно лёгкий день и домашки будет немного, так что сможем спокойно задержаться.
Низовцев безразлично пожал плечами:
– О’кей.
– Гитара у тебя есть? Если нет, можно взять одну из школьных…
– У меня есть гитара, – огрызнулся Ваня.
Петя поднял ладони вверх:
– Ладно-ладно, есть – и хорошо. На какой ты, кстати, играешь? Акустика?
– На ней тоже, но больше люблю электрическую. У меня есть обе. Тебе какую?
Петя задумался, пытаясь скрыть удивление. Кто бы мог подумать.
– Давай начнём с акустики. Или нет. Не знаю… Электрогитара с ударными звучит мощнее.
Ваня кивнул.
– И подумай, что будем играть. Что ты можешь? – спросил Петя.
Низовцев чуть поднял уголок губ:
– Что угодно.
Петя прищурился и склонил голову набок:
– Довольно громкое заявление.
Ваня пожал плечами и ответил:
– Давай определим хотя бы жанр, а к среде подумаем, что может понравиться в этом жанре учителям. Мы же для них это делаем, как я понял.
– Да, но нам самим тоже должно нравиться.
– Что же тебе нравится? – спросил Ваня.
Петя ответил ему в тон:
–
Ваня хмыкнул:
– Ну, если это концерт на День учителя, нужно что-то попсовое и что все знают. И быстрое, то есть не медляк.
Певцов кивнул:
– Быстрое, попсовое, что все знают. К среде нужны варианты.
Они кивнули друг другу и разошлись в разные стороны.
После последнего урока, на котором Загировна сорок минут пытала несчастную Лаптеву у доски и в итоге почти довела до слёз, Петя спустился на первый этаж. Но пошёл не к шкафчикам с толпой счастливых школьников, а в противоположную сторону – в кабинет музыки. Постучал в дверь.
– Да-да, заходите, кто там такой вежливый?
– Вероника Николаевна, здравствуйте! Можно?
– А, Певцов. Заходи, конечно. В этой школе для тебя почти все двери открыты.
Вероника Николаевна – полноватая учительница средних лет, – не вставая из-за стола, махнула ему рукой и с теплотой в голосе спросила:
– Чем обязана визиту столь высокопоставленного лица?
– Ну не такого уж и высокопоставленного. Так, рядовой староста, – улыбнулся Петя. – Вероника Николаевна хмыкнула:
– Чего хочешь, староста?
– Ну почему сразу хочу, может, я просто так пришёл, повидаться! По старой дружбе!
Вероника Николаевна посмотрела на него поверх очков.
– Ну ладно. Нам бы порепетировать.
– Кому это – нам? Наши звёзды же выпустились.
– Я нашёл новых. Точнее, одну новую звезду. Впрочем, может, и не звезду. К нам новенький пришёл, говорит, что на гитаре играет. Ну, и мы с Милей, как обычно.
– Ко Дню учителя репетировать будете?
– Ага. Мы ещё вместе не играли и новенького не слышали, надо посмотреть вообще, что он умеет. Можно нам у вас тут собираться?
– Да можно, почему нет, дверь ты без меня откроешь и закроешь. Когда вы хотите?
– В среду можно?
Вероника Николаевна прикинула что-то в уме.
– Да, среда подходит. Но только после четырёх часов, до этого сюда малыши на дополнительные придут.
– После четырёх, понял.
– Я тогда подключу для вас всё: микрофон, ударные, что ещё? Новенький ваш на какой гитаре играть будет?
– Электро. Говорит, у него есть, но мы её к усилителю будем подключать, так что потревожим оборудование. Вы не переживайте, я всё сам сделаю.
– И потом чтоб порядок после себя оставили!
– Всё будет в лучшем виде! – Петя прижал кончики пальцев к виску на манер воинского приветствия.
– Ладно, Пётр. Мы договорились. После четырёх в принципе можете в любой день сюда приходить. Мало ли, вдруг понадобится. Класс будет свободен.
– Спасибо, ВероникНиколаевна! – довольный Петя закрыл за собой дверь.
В следующую среду Ваня появился в школе с гитарой в чёрном чехле за спиной. Как обычно, он пришёл очень рано и в полной тишине добрёл до своего шкафчика. Открыв его, быстро скинул куртку, сменил кеды на слегка потёртые оксфорды и мельком глянул в зеркало, которое висело рядом. На него карими глазами посмотрел юноша в чёрном костюме.
