– Ты намекаешь, что мы… неплохо звучали?
– Неплохо… Да, конечно, вы звучали неплохо. – Миля манерно покивала, а потом стукнула Петю по плечу: – А точнее, великолепно! Почему ты не говорил мне, что так хорошо поёшь?!
– Потому что я не знал этого. – Петя улыбался немного ошарашенно. – До ударников микрофон доходит в последнюю очередь, так что у меня особо не было возможности это проверить – всегда находились солисты.
Миля недоверчиво прищурилась, а потом стукнула по плечу и Ваню:
– Ну а ты! – В голосе Мили звучала смесь возмущения и восторга. – Ты-то почему не хотел? У тебя же чистейший вокал! Если ты скажешь, что тоже не знал, я тебя ударю в сто раз сильнее!
Ваня рассмеялся и покачал головой:
– Побереги свои нежные ручки. Да и бить не придётся – я знал, что пою… неплохо. Просто… – Ваня замялся. – Просто я не пою на сцене.
– Почему? – спросил Петя, пристально глядя на него.
– Потому, – отрезал Ваня. Эту историю он рассказывать не готов. Тем более после такого выступления. – Борюсь с тщеславием. Решил, что не стóит мне лезть к микрофону…
Миля фыркнула:
– Не стóит… Иначе ты столько сердец рискуешь разбить в этой школе. А Петруша добьёт остальные.
Петя ухмыльнулся:
– Отрадно слышать. – Он повернулся к Ване, удерживая радостную ухмылку: – Что ж. Полагаю, мы не опозорились.
Ваня улыбнулся в ответ. Потом он снял с плеча гитару и аккуратно убрал её в чехол.
– Ладно, увидимся на классном часе, – Ваня махнул рукой и направился к выходу.
– Низовцев!
Ваня обернулся, и Петя протянул ему кулак:
– Красавчик. Круто сыграл.
– Да. Ты тоже.
Они стукнули кулаками, с улыбками кивнули друг другу, и Ваня вышел в коридор.
Ваня постучал, приоткрыл дверь и, не успев спросить, можно ли войти, услышал:
– Ваня! Заходи, я как раз тебя жду!
Он зашёл в кабинет к Яне, раскрасневшийся и довольный. Перед концертом он страшно разнервничался, увидев её в зале, но когда во время выступления поднял глаза и заметил, что она с восторгом смотрит на него, всё волнение куда-то испарилось. Остался только адреналин. Осталась только музыка.
– Я надеялась, что ты заглянешь, хотела тебе сказать, что это было потрясающе! – воскликнула Яна.
– Малыши круто выступали, правда? – спросил Ваня и озорно прищурился, снимая чехол с плеча.
– Ну если вас двоих можно так называть, то да.
Оба засмеялись. Ваня задержал взгляд на её улыбке, потом в очередной раз за день мельком оглядел Яну с ног до головы. Она сегодня сделала высокую, открывающую шею причёску и надела тёмно-синее платье чуть ниже колена. Оно подчёркивало стройную талию и очень ей шло.
– Серьёзно, вы отлично сыграли, глаз было не оторвать! – с жаром продолжила Яна, и у Вани в груди растеклось тепло.
– Рад, что вам понравилось. – Он чувствовал, что краснеет, и повернулся к шкафам. – Я положу гитару?
Яна помедлила:
– Положи. Если, конечно, ты не хочешь ещё что-нибудь сыграть.
Ваня бросил на неё взгляд:
– Вы хотите, чтобы я сыграл вам? Сейчас?
Яна как будто смутилась:
– Ну, если ты не против. У тебя здорово получается. Ты говоришь, что мне идёт фортепиано, тогда тебе однозначно к лицу гитара.
Ваня почувствовал приятный трепет.
– Я сыграю вам. Когда буду с другой гитарой, – мягко ответил он.
– Ладно, – Яна кивнула. – Может, хочешь кофе? Отметим ваше выступление! Если ты, конечно, не занят.
Ваня быстро прикинул, чем ему грозит прогул классного часа. Впрочем, это не имело значения.
– Абсолютно свободен.
Яна радостно улыбнулась, подошла к своему столу и щёлкнула чайником.
– А я думала, вы с Певцовым пойдёте куда-нибудь. После такого фурора вечеринка прямо напрашивается.
– Думаете, мы по каждому поводу устраиваем вечеринки? Говорите прямо как взрослые.
– Я и есть взрослая, Низовцев! – Яна картинно возмутилась и ткнула в него пальцем.
Ваня фыркнул и с улыбкой закатил глаза:
– Да, я помню, вам тридцать семь. А мне тогда будет сорок.
– Да. – Яна хихикнула. – Тебе подходит.
– Я выгляжу, как старик? О, моё сердце разбито! – Ваня приложил руку к груди и поверженно склонил голову.
– Нет, выглядишь отлично, но по поведению ты гораздо старше своих прекрасных семнадцати.
– Восемнадцати. И ничего в них нет прекрасного, – недовольно буркнул Ваня.
– Отчего же? – Яна открыла дверцу шкафа, в котором стояли чашки. – Так что в итоге, кофе? С вафельками!
Яна продемонстрировала пачку вафель и выжидающе посмотрела на Ваню. Он улыбнулся. Какая же она всё-таки милая.
– А вот и не угадали. Не с вафельками.
Ваня открыл рюкзак и достал оттуда бумажный пакет с выпечкой.
– Боже, Ванечка, ты просто волшебник! – Яна швырнула вафли обратно в шкаф и бросилась к Ване, протянула руку, но тут же смешно замерла: – Ну то есть – это мне, да?
Ваня тихо рассмеялся и вручил ей пакет:
– Конечно, вам. С Днём учителя! Спасибо за ваш труд и всё такое.
Яна взяла пакет и тут же сунула туда нос:
– Как вкусно пахнет! Они даже тёплые, когда ты успел? Ой, тут столько всего!
– Мы же не хотим, чтобы вы умерли с голоду, – ответил Ваня, не отрывая взгляда от Яны, жадно рассматривавшей содержимое пакета. Она выглядела такой радостной, что Ване захотелось купить ей все круассаны в мире.
