Бенедикт кивнул. Дара поддерживала его за левую руку. Рэндом, Жерар, Мартин и я последовали за ними к выходу. В дверях я оглянулся и еще раз окинул взглядом опустевший зал, где суждено было сбыться моему сну. Так вот, значит, в чем заключался его смысл.
На гребне Колвира я спешился, подъехав к своей гробнице. Неторопливо зашел в склеп и приоткрыл гроб. Он был пуст и это меня обрадовало. Хорошо увидеть, что тебя нет среди мертвых. А то в последнее время начали мучить сомнения. Я почти был уверен, что увижу в гробу себя. Вот так буду лежать мертвым перед собой живым. И докажу этим самым, что интуиция в общем-то обманчивая штука. И я каким-то образом заблудился и зашел не в то Отражение. Я вышел из склепа и погладил Звезду по ее мягким ноздрям. Солнце сияло вовсю, но ветер был студеным. Неожиданно мне захотелось очутиться около моря. Вместо того чтобы отправиться туда, я присел на скамеечку и стал согревать в ладонях трубку.
Мы мирно беседовали. Дара сидела на коричневом диване, поджав под себя ноги. Она рассказывала о своем происхождении и первых годах жизни. Отцом ее был Бенедикт, а матерью адская дева Линтра. Родилась и выросла Дара во Дворе Хаоса, в центре неэвклидового царства, где время подчиняется странному закону случайного распределения.
— То, что ты рассказывала о себе в первую нашу встречу, — выяснял я отношения, — оказалось враньем. Чего ради я должен верить тебе сейчас?
Она улыбнулась и долго разглядывала свои ногти.
— Видишь ли, я вынуждена была обмануть тебя, чтобы войти в доверие.
— Зачем тебе оно понадобилось?
— О, мне нужно было многое узнать от тебя.
— А что именно?
— Меня интересовала твоя семья. Мне нужно было получить представление о Лабиринте, о Картах, об Амбере. И кроме того, мне хотелось родить от тебя ребенка.
— А разве, рассказав правду, ты не добилась бы всего этого?
— Думаю, нет. Я пришла к тебе от твоего врага. Раскрой я тебе свои истинные намерения, и ты бы меня к себе не подпустил.
— Ну хорошо, помню, меня удивило, как здорово ты фехтуешь. Ты сказала, что тебя тренировал Бенедикт. Это ведь тоже неправда?
— Конечно. Я училась у самого великого князя Бореля, Высокого Лорда Хаоса.
— А твоя внешность. Меня поражало, как она менялась, когда ты проходила Лабиринт. Как тебе это удается?
— Все, кто родом из Хаоса, умеют менять свой облик.
Я вспомнил о Дворкине, как он выступал в ту ночь, представляясь мной.
Бенедикт подтвердил:
— Отец одурачил тебя, преображаясь в Ганелона.
— Оберон — сын Хаоса, — подтвердила Дара, — мятежный отпрыск отца-бунтаря. Он и сейчас силен, как в прежние времена.
— А почему же мы не можем менять свой облик? — спросил Рэндом.
— Наверное, и вы можете. Просто вы никогда не пробовали делать это. А впрочем, кто знает, возможно, эта способность отмерла в вашем поколении. Я могу превращаться в кого угодно. Но есть несколько образов, которые в решающие моменты я принимаю с особым удовольствием, Я выросла там, где оставаться собой долго нельзя, а менять обличье стало правилом. У меня же это все равно что рефлекс. Именно этому вы так удивлялись тогда в Лабиринте.
— Дара, — спросил я, — а зачем тебе было знать о моей семье. Для чего тебе это все — Лабиринт, Карты, Амбер и ребенок от меня?
— Ладно, так и быть, — вздохнула она, — я скажу. Вам уже известны планы Бранда. Он хочет разрушить и снова создать Амбер.
— Мы знаем это.
— Вот для этого и было необходимо наше сотрудничество.
— Включая убийство Мартина? — снова вмешался Рэндом.
— Нет. Мы не знали, кого он хотел использовать в качестве средства.
— А если бы знали? Вас остановило бы это?
— На этот вопрос нет ответа. Попробуйте найти его сами. Все, что я могу сказать — я рада, что Мартин все еще жив.
— Так, — сказал Рэндом, — ну а что ты скажешь о Бранде?
— Ему удалось вступить в контакт с нашими вождями. Он это сделал при помощи метода, который он узнал от Дворкина. Знания и сила — вот что было ему нужно. И он получил их.
— А что это за знания?
— Ну хотя бы то, как уничтожить Лабиринт.
— Но ведь эти сведения ему поставляли вы. Значит, за все, что он все-таки успел сделать, несете ответственность вы, — заметил Рэндом.
— Ну, если вы так считаете…
— Именно так.
Она пожала плечами и обратилась ко мне:
— Тебе интересна эта история?
— Давай, рассказывай, — я посмотрел на Рэндома. Он кивнул.
