Двор Крыльев и Гибели полностью

— Ничего такого, что тебе пришлось бы оплакивать, не волнуйся.

Нэста отвела взгляд от его лица — посмотрела на свою теперь пустую руку, ее пальцы все еще были сжаты, будто его рука еще лежала в ней. Кассиан не посмотрел на Нэсту, когда она встала, схватила кувшин и пробормотала, что пойдет за водой в палатку.

Кассиан и Мор начали подшучивать, смеяться и говорить колкости друг другу об этой битве и тех, что впереди.

Некоторое время Нэста не возвращалась.

Я помогала раненым всю ночь, Мор и Нэста трудились вместе со мной.

Это был долгий день для всех нас, да, но другие… Они сражались часами. Судя по поджатым губам Мор, пока она перевязывала раны Несущих Тьму и иллирийцев, я осознала, что различные рассказы о битве легли тяжелым грузом на нее — не россказни о славе и крови, а тот факт, что она не сражалась с ними.

Но с армией Несущих Тьму и иллирийцами… Мне было интересно, где она бы сражалась. Кем бы она командовала или за кого отвечала бы. Точно не с Кейром, но… Я не переставала думать об этом, даже когда наконец-то скользнула в объятия Риса в нашу теплую постель.

Его рука мгновенно обвилась вокруг моей талии, прижимая ближе.

— От тебя пахнет кровью, — пробормотал он в полумрак.

— Прости, — сказала я.

Я вымыла руки и предплечья перед тем, как лечь в кровать, но вымыться полностью… Я еле смогла преодолеть лагерь несколько мгновений назад.

Он провел рукой от моей талии до бедра.

— Ты, должно быть, вымотана.

— И ты тоже должен спать, — ухмыльнулась я, прижимаясь к нему, позволяя его теплу и запаху окутать меня.

— Не могу, — признался он, чмокнув меня в висок.

— Почему?

Его рука скользнула к моей спине, и я выгнулась ему на встречу.

— Требуется некоторое время — чтобы разобраться в себе после битвы.

Прошло несколько часов с тех пор, как сражение закончилось. Губы Риса начали свое путешествие от моего виска к челюсти.

И даже с навалившейся на меня усталостью, когда его губы коснулись моего подбородка, когда он оттянул мою нижнюю губу… я знала, о чем он спрашивает.

Рис глубоко вздохнул, когда я проследила контур его мускулистого пресса, удивляясь мягкости его кожи, под которой скрывалось сильное тело.

Он легко прикоснулся к моим губам.

— Если ты слишком устала… — сказал он, даже если он все еще был неподвижен, пока мои пальцы продолжали свое путешествие по очерченным мышцам его живота.

Я ответила ему поцелуем. И еще одним. Пока его язык не скользнул к моим сомкнутым губам, и я не открыла их для него.

Наше соединение было быстрым, и грубым, и я царапала его спину, гладила его крылья, пока мы оба не достигли пика.

На протяжении долгих минут мы не оставались в таком положении. Мои ноги были переброшены через его плечи, его грудь, поднимаясь и опускаясь, касалась моей в продолжительном эхо движений наших тел.

Затем он слегка отстранился от меня, нежно опустив мои ноги со своих плеч. Он поцеловал внутреннюю сторону каждого моего колена, а потом поставил их по обе стороны от себя, пока сам опускался на колени передо мной.

Татуировки на его коленях были практически скрыты смятыми простынями, а рисунок растянулся от его положения. Но я пробежала пальцами по вершинам гор, по трем звездам, вытатуированным над ними, пока он стоял на коленях между моих ног, смотря на меня сверху вниз.

— Я думал о тебе каждое мгновение, что провел на поле битвы, — сказал он мягко. — Это помогало мне сосредотачиваться, сконцентрироваться — провело меня через все это.

Я снова погладила татуировки на его коленях.

— Я рада. Я думаю… думаю, что какая-то часть меня тоже была с тобой на поле боя.

Я посмотрела на его доспехи, вычищенные и висящие на манекене рядом с небольшой гардеробной. Его крылатый шлем сиял, словно темная звезда в полумраке.

— Наблюдая за сегодняшней битвой… Она отличалась от той, что была в Адриате, — Рис только слушал, звезды в его глазах спокойно мерцали. — В Адриате я не… — я обдумала формулировку. — Хаос бойни в Адриате каким-то образом был проще. Не простым, я имею в виду…

— Я знаю, что ты хочешь сказать.

Я вздохнула и села, и мы оказались коленом к колену, лицом к лицу.

— Что я безуспешно объяснить, так это то, что нападения, которые были в Адриате и Веларисе… Я могу в них сражаться. Там есть люди, которых нужно защищать, и есть те, что творят беспорядок… Я могу — я с радостью буду сражаться в таких битвах. Но то, что я видела сегодня, такой способ ведения войны… — я сглотнула. — Ты будешь стыдиться меня, если я признаюсь в том, что не уверена, что готова к таким сражениям?

Линия против линии, взмахи и удары, пока я не буду отличать низ от верха, пока грязь и кровь не сотрут линии между врагами и чужаками, доверие воинам рядом со мной, как на свои собственные силы. И близость этого, звуков и масштабного кровопролития…

Он взял мое лицо в свои руки и поцеловал.