Он также не сказал Несте ничего из этой информации. Особенно насчет Эриса. Она совершенно ясно выразила свое презрение к Дворам фейри. И будь он проклят, если даст ей еще одно словесное оружие против него, так как она, скорее всего, увидит его насквозь и поймет, что он знает, что все эти политические интриги и планы были далеко за пределами его возможностей.
Он также не позволил себе задуматься, разумно ли оставлять ее здесь одну хотя бы на час.
— Значит, мы снова вернулись к этому? — спросил Кассиан, не обращая внимания на то, что каждый мудак в лагере наблюдал за ним. За ними… за ней.
Неста ковыряла ногти, пряди ее заплетенных в косу волос свободно развевались на ветру. Она поджала колени, стараясь согреться.
— Ты перестанешь мерзнуть, если встанешь и пошевелишься.
Она только положила одну лодыжку на другую.
— Если ты хочешь сидеть на этом камне и мерзнуть следующие два часа, давай.
— Хорошо.
— Хорошо.
— Хорошо.
— Хорошо сказано, Нес. — Он бросил ей насмешливую улыбку, которая, как он знал, заставила ее покраснеть, и зашагал к центру тренировочной площадки. Он остановился в его сердце, позволяя дыханию взять верх.
Когда она не ответила, он позволил себе погрузиться в это спокойное, устойчивое место в своем сознании, позволил своему телу начать серию движений, которые он выполнял в течение пяти столетий подряд.
Первые шаги должны были напомнить его телу, что оно вот-вот начнет работать. Потягиваясь и дыша, концентрируясь на всем, от пальцев ног до кончиков крыльев. Пробуждая все мышцы. Только сейчас это было труднее.
Кассиан подчинился инстинкту, движению и дыханию, лишь смутно осознавая, что женщина наблюдает за ним с камня.
***
Кассиан тяжело дышал спустя час. Неста, к его удовлетворению, застыла от холода.
Но она не двигалась. Даже не сдвинулась во время упражнений.
Вытирая пот со лба, он заметил, что ее губы приобрели синий оттенок. Неприемлемо.
Он указал на дом матери Риса.
— Иди и подожди там. У меня есть дела.
Она не сдвинулась.
Кассиан закатил глаза.
— Или ты сидишь здесь в течение следующего часа, или можешь пойти внутрь и согреться.
К счастью, в этот самый момент на лагерь налетел порыв ледяного ветра, и Неста направилась к дому.
Внутри действительно было тепло, в закопченном камине, занимавшем большую часть главной комнаты, потрескивал огонь. Должно быть, Фейра или Рис разбудили для них весь дом. Он придержал дверь для Несты, когда она вошла, уже потирая руки.
Неста медленно оглядела помещение: кухонный стол перед окнами, маленькая гостиная, занимавшая вторую половину комнаты, узкая лестница, которая вела в открытый коридор наверху и две спальни за ним. Одна из этих комнат была его с детства — первая спальня, первая ночь в помещении, которую он когда-либо проживал.
Этот дом стал первым настоящим домом. который он когда-либо имел. Он знал каждую царапину и занозу, каждую вмятину и ожог, все это сохранилось с помощью магии. Там, в выемке у основания перил-именно там он разбил себе голову, когда Рис схватил его во время одной из их бесчисленных драк. Вот это пятно на старой красной кушетке: именно тогда он пролил свой эль, когда они втроем были пьяны до полусмерти в их первую одинокую ночь в этом доме в возрасте шестнадцати лет — мать Риса уехала в Веларис на редкий визит к своему мэйту — и Кассиан был слишком глуп, чтобы знать, как его очистить. Даже Рис, покачиваясь от сочетания эля и ликера, не смог убрать пятно, его магия случайно заморозила его, вместо того, чтобы стереть. Они переставили подушки, чтобы скрыть его от матери, когда она вернулась на следующее утро, но она сразу же заметила его.
Возможно, это было как-то связано с тем, что они все еще были пьяны, выданные безжалостным иканием Аза.
Кассиан кивнул на кухонный стол.
— Раз уж ты так хорошо умеешь сидеть, почему бы тебе не устроиться поудобнее?
Когда она не ответила, он повернулся и увидел, что Неста стоит перед камином, крепко скрестив руки, и мерцающий свет пляшет на ее прекрасных волосах. Она даже не взглянула на него.
Она всегда стояла с такой неподвижностью. Даже как человек. Оно только усилилось, когда она стала Высшей Фейри.
Неста смотрела на огонь, словно он что-то шептал ее пылающей душе.
— На что ты смотришь? — спросил он.
Она моргнула, словно осознав, что он все еще здесь.
Полено в камине треснуло, и она вздрогнула.
Не от удивления, отметил он, а от ужаса. Страха.
Он перевел взгляд с нее на огонь. Куда она ушла на эти несколько минут? Какой ужас она пережила?
Ее лицо побледнело. И тени затуманили ее серо-голубые глаза.
Он знал это выражение. Он видел это и чувствовал так много раз, что потерял след.
— В деревне есть несколько магазинов, — предложил он, внезапно отчаявшись сделать хоть что-нибудь, чтобы избавиться от этой пустоты. — Если тебе не захочется сидеть здесь, можешь заглянуть в них…
Неста по-прежнему молчала. Поэтому он развернулся и молча вышел из дома.
Глава 9
Неста вошла в теплую лавочку от чего зазвенел колокольчик над дверью.
