Поднявшись по лестнице до второго этажа, Но опёрся на крепкие деревянные перила и посмотрел в глубину коридора. Свет приветливо горел на его этаже, как и на любом другом. Автоматическое освещение обеспечивалось датчиками, так что сколько бы людей не поднималось вместе с ним, пока он стоял тут, свет не выключался. И с другой лестницы приличное количество людей тоже спешило на верхние этажи, один даже прошёл мимо парня. «Когда они все разбегутся по номерам, свет наверху будет выключен», — с этой мыслью Но отпустил перила и медленно побрёл к своему номеру, придерживая голову.
Пока он шёл, постояльцы третьего, четвёртого и пятого этажа почти полностью разбежались. Те, кто не любил ложиться рано, ещё на некоторое время остались в фойе, но свет этажа повыше потух уже тогда, когда Но приоткрыл свою дверь и вошёл внутрь. Так потух и второй.
Добрался. Недолгая тишина успокоила больного, но ненадолго. Его настигла вторая беда, которая беспокоила его с самого приезда — дырка в левом углу потолка. Её, непонятно как, проделал владелец номера сверху, и теперь звукоизоляция полностью бесполезна. Громкие шаги сверху очень раздражают, пока их не сменяют глухие удары. Диалог был раздражённым и громким:
— Эй, чувак, ты что, искал меня? Я ведь… Это всё она виновата! — плакал дрожащий мужской голос. Но плотно прикрыл дверь, чтобы ничего не мешало. Свет на его этаже снова сверкнул и потух, когда кто–то пробежал по этажу наверх.
— А кто смеялся? — вопрошал другой, более спокойный и размеренный, с различимым кансайским диалектом, который совсем не звучал забавно, лишь угрожающе. Его фраза прозвучала чётко. Шингу? Нет, наверно это уже паранойя.
— Я не–
— Тебя. Помню. Лично… Тайсё–хан? — сурово ответил другой голос с лёгкой издёвкой, и Но услышал взмахи острого клинка или чего поменьше. «Н–нож? Может, мне кажется?» — Но прислушался. Кто бы ни был сверху, он выбежал из номера, аккуратно закрыв за собой дверь. Он не спешит. Пойдёт вниз?
Но посмотрел в глазок и никого не увидел. Свет на его этаже ни разу не включился после диалога и даже не собирался включаться. «Стоп, тогда куда он? Побежал на четвёртый этаж? На пятый? Скрылся в другом номере третьего?» — головная боль снова дала о себе знать, но парень лишь вытащил из аптеки что–то жаропонижающее и проглотил без воды.
Но мечтал стать полицейским с первого класса, когда узнал, что его классный руководитель долгое время был стражем порядка. Сначала он работал в дорожной безопасности, потом попал во второй, а за ним и в первый отдел. Конечно, преподаватель не собирался рассказывать маленьким детям истории о поимке маньяков, взрывах и беспощадной резне, которую скрыли новости, однако Но скоро показал такой интерес, что уговорил мужчина рассказать ему пару историй. Риск для жизни, травмы, потеря чего–либо — через это проходили все сотрудники. Кто–то даже терял жизнь.
Некоторые скажут «бесполезная самоотверженность». Другие скажут «работа настоящих полицейских». Но бы сказал: «Я готов», — и открыл бы дверь.
— Если он не спустился, а свет на третьем этаже не горит, то он мог спрятаться в другом номере или подняться выше, — рука парня крепко сжала ручку, — В любом случае, в двести восьмом номере лежит тело.
И Но её открыл.
***
Двести восьмой номер не был закрыт на ключ, будто убийца был уверен в себе и сокрытии улик. Тут и правда, на первый взгляд, ничего не было, кроме тела восемнадцатилетнего парня, связного на стуле в центре комнаты. Лужа крови растекалась по полу из его вспоротого живота, положение полусогнутое к входу и (Но присел на корточки рядом с телом) у жертвы есть синяк на правом глазу от удара кулаком. Преступник либо уверен в своей неуловимости, либо не может справиться с яростью.
— Хорошо, телефон я взял… Тело холодное, сколько не проверяй, — парень коснулся сонной артерии. Пульс отсутствовал, — Надо вызвать полицию, но сначала…
Аккуратно избежав крови, Но вернулся в коридор и подошёл к лестнице. Сначала свет на четвёртом этаже не горел, потом вспыхнул, и погас снова, когда высокая, длинноволосая и откровенно одетая женщина продефилировала вниз мимо парня, показывая все свои прелести.
«Силикон, брр», — осуждающе подумал парень и вернулся в номер с неизвестным телом, достав телефон. Он набрал номер полиции, сообщил им обо всём и стал дожидаться приезда, снова почувствовав лёгкое головокружение.
Внутренний шёпот сказал: «Сфотографируй место преступления», парень послушал его и заснял каждый метр комнаты на телефон, даже закрытую дверь изнутри. Потом Но дал себе вольность открыть комод с документами и нашёл водительское удостоверение убитого — тот самый документ, который дворецким выдавали на руки.
«Тайсё. 18 лет»
Вся информация об убитом. Остальное остаётся найти в интернете, но таблетка, казалось, не действовала. Но случайно перепутал жаропонижающее с обезболивающим или витаминами? Парень мог так облажаться.
