Двуединый полностью

Удалившись от городской черты километров на пять, я съехал с дороги и, проскакав — а точнее, проболтавшись — на конской спине, еще примерно столько же, достиг присмотренной позавчера ложбинки.

— Растешь над собой, — саркастически заметила Диана. — Раньше бы ты не стал устраивать себе дополнительных тренировок.

— Ты о чем?

— Об акробатических экзерсисах в седле. А ведь еще прошлым летом наверняка попросил бы меня доставить твою неуклюжую тушку до места назначения без лишних синяков на заднице.

— Спасибо, что подсказала вовремя, — мрачно отозвался я. Привычка скрывать свое альтер эго сыграла со мной злую шутку, заставив действовать по накатанной схеме, несмотря на отсутствие зрителей.

— Всегда пожалуйста, — ехидно отозвалась Диана.

Размяв ноги и сотворив еще одно целебное заклятье, я привязал коня и разлегся на травке, отрешенно глядя на проплывающие по небу белесые облака. Воспользовавшись замешанным на собственной крови волшебством, установил связь с заранее размещенными с этой стороны города чарами наблюдения, заставляя их ожить и взмыть в воздух. Сил на поддержание работы заклятий требовалось прилично, но дающих тот же самый эффект артефактов почти не осталось, а метаться потом по округе, собирая их, в мои планы не входило. Вроде все. Теперь начинался самое неприятное во всех этих диверсионных вылазках — ожидание.

Я прямо чувствовал, как утекает бездарно растрачиваемое время. Но стоит отвлечься, позволив разуму заняться чем‑нибудь более полезным или интересным, и можно упустить момент. А потери от такой ошибки будут куда значительнее нескольких бессмысленно проведенных часов. Сейчас мне бы очень пригодилось умение разделять сознание, мысля двумя независимыми потоками, но по некой иронии судьбы именно эту часть способностей психо я так и не освоил. Несмотря на существование Дианы, по сути, являющимся высшим проявлением данного направления искусства. С другой стороны, вместо совершенствования внутренней самодисциплины я довольно неплохо изучил магию, благодаря которой имел сейчас возможность визуально контролировать местность. Так что нет худа без добра.

Медленно тянулись минута за минутой, незаметно сливаясь в часы. Наблюдение за большой территорией сильно рассеивало внимание. Вдобавок однообразие обозреваемого ландшафта было настолько уныло, что скука все же затуманила разум, и корабль «весовщиков» едва не проскочил просматриваемую чарами область незамеченным. Не знаю, где должно летать торговое судно, чтобы приобрести такую грязно — пятнистую окраску бортов и палубы, и почему ее не удосужились смыть в порту, но этот естественный камуфляж едва не сыграл со мной злую шутку. Только в последний момент, когда корабль миновал испещренное оврагами и впадинами пространство и полетел над обычным лугом, его движение привлекло мое внимание. Проклятье!

Подхватившись с земли, я рванул наперерез транспортнику «весовщиков». Вернее, рванула Диана, практически мгновенно развив скорость километров до сорока в час. Бежать быстрее по пересеченной местности было довольно сложно: расходовалась лишняя энергия, и требовалось уделять повышенное внимание «дороге». Исполнение опасных трюков при отсутствии угрозы для жизни скорее было визитной карточкой Иви, на первенство которой в этом вопросе я посягать не собирался. Несмотря на упущенное время, встретиться с кораблем мы все же успевали, пусть и не там, где планировалось изначально.

— Слишком высоко идет, — уведомила меня Диана, оценив расстояние от земли до края болтавшейся в воздухе лестницы. Несмотря на утяжеление нижнего конца свинцовыми грузилами мотало ту изрядно. — Подбрось нас.

— Хорошо, — отозвался я, уже начав колдовать.

Слабо светящиеся линии сформировали вокруг нас замысловатый узор. Лет десять назад такое поведение магии ужасно раздражало: даже маскировочные чары, не привлекая внимания, не создашь. Потом привык. Все равно от потерь энергии во время сотворения заклятья, собственно и вызывающих свечение, полностью избавиться еще никому не удавалось.