Было полпервого ночи, когда мы подъехали к парадному входу особняка Жуковских.
— Ну вот и всё, приехали. Ой, а твоя же машина ведь возле «Орфея» осталась, да? — вспомнила Марина.
— Это ничего страшного. На такси доеду.
— Да, точно. Тогда… — Марина повернулась ко мне и улыбнулась. — Спасибо, что провёл со мной время. Если честно, дома одной мне было бы скучно, а развлечений не так уж и много.
— Если тебе скучно, могу скрасить твоё одиночество, — намекнул я.
— Как благородно с вашей стороны. Думаю, мы ещё встретимся. Если ты с Андреем дружишь, то в «Орфее» будем видеться. А сейчас извини, но завтра рано вставать. Мне пора.
— Разумеется, — кивнул я. — Спокойной ночи.
Я вылез из машины. Рядом открылись автоматические ворота, ведущие в небольшой дворик, куда Марина завела своё авто. Девчонка знала себе цену и не спешила прыгать в постель к парню после второй случайной встречи. В общем-то, я на это и не сильно надеялся. Но попробовать стоило.
Оставшись один на улице, вызвал через приложение такси, и минут через сорок был уже дома.
В воскресенье сделка не состоялась. Дом бракосочетаний не работал, и его управляющий, какой-то мелкий томский аристократ, наотрез отказался пойти нам навстречу. Да и в гостинице, где планировали собраться для подписания документов, не было свободных номеров. Поэтому пришлось перенести мероприятие на понедельник.
Но и в воскресенье я без дела сидеть не собирался. Подумал, что неплохо было бы наладить связь со Скавронскими и Коптевыми, которые на данный момент выглядели наиболее перспективными союзниками.
В субботу позвонил Оле Скавронской, чтобы договориться о встрече с её родителями. Оля сообщила отцу, и тот сразу же перезвонил мне, сказал, что очень хочет со мной познакомиться и пригласил на ужин… в среду. С Коптевыми тоже пока ничего не получалось. Андрей сообщил, что его родители уехали путешествовать в Америку и вернутся в середине сентября. Вот только меня к тому времени в Первосибирске уже не будет.
Зато Оля оказалась свободна. Она тоже отдыхала дома в ожидании новой командировки, и раз уже больше ни с кем встретиться не получалось, я решил пригласить её в ресторан. Она с радостью согласилась. Правда, ничего, кроме совместного обеда, я не планировал, поскольку на вечер внезапно наметилась ещё одна важная встреча.
Мне требовалось сбыть камни, найденные в области тьмы, и через Гаврилова я узнал, что у дяди в Первосибирске имелись знакомые, которые могли мне в этом помочь. Официально артефакты продать можно было только военному министерству, но военные платили очень мало, поэтому во всех приграничных городах существовали полулегальные скупщики, работавшие с представителями местной аристократии.
Одним из таких скупщиков был Степан Талевич, владевший ювелирной мастерской. Если уж он занимался обработкой артефактов, то, логично предположить, что и покупал их, а если покупал, значит, и продавал. К нему я тоже собирался наведаться, но позже.
Но прежде следовало продать имеющиеся у меня камни. Гаврилов знал, что Дмитрий Семёнович раньше вёл дела с неким боярином Макаровым. Тот занимался конструированием механизмов на основе магических артефактов и имел родственников в Москве, которым камни напрямую и толкал. Его контакты я нашёл не сразу. Пришлось покопаться в дядиных бумагах. Телефон обнаружился в записной книжке.
Собственно, этому Макарову я позвонил, и он согласился принять меня в воскресенье вечером.
Мы с Олей встретились на набережной рядом с двухэтажным зданием со стеклянным фасадом, где располагался большой ресторан. На условленное место я пришёл первым и минут десять ждал свою подругу, прохаживаясь вдоль воды.
Когда Оля подошла, я в первую секунду даже не узнал её в новом обличье. Фигуру девушки облегало тёмно-фиолетовое платье с длинными рукавами, а распущенные волосы свободно падали на плечи.
— Привет, — я окинул её взглядом. — Тебе очень идёт этот образ. Так ты ещё красивее.
— Спасибо, — лицо Оли озарилось её лучезарной открытой улыбкой. — Только вот тёмные это вряд ли оценят, поэтому на границе приходится одеваться попроще.
— Как отдыхается?
— Неплохо. Наслаждаюсь последними тёплыми деньками, пока есть возможность. А то скоро опять за работу приниматься.
Оля взяла меня под руку, и мы направились к зданию ресторана.
Столик был забронирован на втором этаже в аристократической ложе возле окна. Отсюда открывался вид на набережную и широкую полноводную реку, по которой проплывали прогулочные теплоходы. Заведение оказалось приятным, хоть элитным не считалось. Его посещали по большей части простые люди.
Обстановка была, можно даже сказать, романтичной, а вот разговор получился не слишком. Меня по большей части интересовала ситуация на границе и судьба подразделения, в котором мы служили. Оле было известно немного, но что знала, она рассказала.
