'Хочешь, чтобы она всегда была с тобой?' - это Макара, разумеется. Не понять ему, членистоногому, что человеку иногда нужно побыть наедине с собой. Хотя - о чем это он?
'Я могу поглотить её не сам, а через тебя, тогда она станет частью тебя. Всегда будет с тобой. Ты всегда сможешь с ней пообщаться'.
Я от офигения чуть во впереди едущий 'Крузак' не впилился. Ни хрена себе предложеньице! И главное, по сопровождающему образу понятно, что он это серьезно предлагает. Мало того, считает такое решение вопроса приемлемым и вполне удачным. Каков кадр, а? Как будто мало мне одного голоса в голове! И что, интересно, скажет Лена, обнаружив себя в такой милой компании? Да она мне такую жизнь устроит...
'Это решаемо...'
'А ну стоп!', - Я что, серьезно рассматриваю такой вариант? Я?!
'Неприемлемо', - сообщаю я с максимальным нажимом, - 'не обсуждается'.
'Другой вариант. Я произвожу минимальное вмешательство, в результате которого она будет желать всё время находиться с тобой рядом'.
От образа, сопровождающего этот вариант, я пришёл в ужас. Не знал, что такое возможно - вызвать в человеке стопроцентную зависимость не от какого-то химического соединения, а от другого человека. Со всеми сопутствующими эффектами вроде ломки и постоянной потребности в увеличении дозы. Ну, приехали. С чем боролись, на то и напоролись, называется. Я что, веду войну с наркоторговцами для того, чтобы самому стать наркотиком? Да уж. Мелькнула у меня в голове быстрая мысль-видение: мир, в котором все жители 'посажены' на одного человека - меня. Вот это жесткач, да...
'А мне нравится', - заявил Макара. Ему действительно эта идея пришлась по душе. И он готов всеми силами помочь мне в её осуществлении. Ну, дожили. Я завернул на стоянку и заглушил мотор.
'Слушай сюда', - сказал я, - 'Лене ты ничего не сделаешь ни при каких обстоятельствах, это раз. Никого ни на какой наркотик мы сажать не будем, это два. Я вообще против наркотиков, уж лучше убить человека, чем так над ним издеваться.'
'Нерационально', - проворчал Макара, но согласился. Почувствовал я еще некое невысказанное предложение. Кажется, он намекал, что готов от меня отлепиться и перейти к кому-нибудь другому.
- Не дождешься, - процедил я сквозь зубы и выехал со стоянки.
Потом образовалась еще одна неожиданная проблема - я вдруг стал бездомным. Приехав домой, я с удивлением обнаружил за дверью своей квартиры шестерых человек. Хотя, хвастаться нечем: надо было еще с улицы просканировать и мимо проехать. Расслабился, поверил, что про мою настоящую берлогу никто не знает. Ладно, эта засада какая-то беспечная оказалась. Кстати, странно. Непохоже на моих знакомых мафиози. Я прислушался к звукам в своей квартире (ага, новый фокус - недавно научился) и обнаружил негромкий разговор в спальне. Разговор шёл о служебных командировках, нагоняе за безотчетно расстрелянные патроны и о том, какая б...ь эта Света из двенадцатого. Менты. Интересно, как они на меня вышли? По машине, скорее всего - мой желтый 'Ренегат' обычно стоит на парковке во дворе и выяснить, чья это машина, труда не составляет. Давно его продать надо было - заметная машина, 'подпольщикам' вроде меня нельзя на таких машинах ездить. Но жалко было - вот и дождался, придется теперь даром отдать. И очередные сто тысяч долларов ментам подарил, выходит. Чую я, вояки они те еще - пожалуй я могу их всех перебить быстрее, чем кто-нибудь из них успеет 'караул' сказать. Забрать деньги и уехать спокойно на своей машине. Вот только кто я буду после этого?
Поэтому я вышел из дома, сел в припаркованную у подъезда 'Нексию' (да, у меня новая 'рабочая' машина) и уехал, проводив прощальным взглядом стоящего на парковке под фонарем 'Ренегата'. 'Нексия', в принципе, тоже не очень чистая - оформил я её на один из тех паспортов и не надо думать, что ищут меня сплошь дураки. Но дня два-три у меня есть, надеюсь. Съездил в очередной раз к тайнику - ох, если я такими темпами буду деньгами сорить, мне и на три месяца не хватит - и отпраился искать пристанище. Купил в первом же киоске газету объявлений, выбрал наугад посуточно сдаваемую хату, позвонил, поехал. На одну ночь сгодится, а завтра что-нибудь поприличнее найду.
