— Там. — Старик указал рукой в один из проходов, ведущих в глубь здания, за центральной лестницей, на которой нас поженили.
Не самое приятное воспоминание. Перед глазами вновь встало бестелесное создание, надменно возвышающееся над нам.
— Ты вернулся. — По коридору прокатилось громогласное приветствие. — Богиня предупредила нас.
— Да твою же. — Остатки воздуха вырвались из груди, тело свело судорогой. Не удержался на ногах и повалился на красивый ковер, оставляя на стене алую полосу крови.
Перед лицом появился, уже знакомый, призрак. Только на этот раз его свободные одеяния сменил старинный латный костюм, резко контрастирующий с телом. Он будто был не его, позаимствованный у другого создания.
— Ты должен защищать город! — Уши заложило от грохота голоса.
— Именно это я и делаю! — Не слыша себя, зато ощущая физическую боль от давления силы этого бестелесного создания. — Город обречен! Лига убивает его!
— Богиня была права. — Давление моментально спало. — Ты действительно видишь то, что не хотят видеть другие. — Создание слегка уменьшилось в размерах, становясь больше похожего на человека. — Но готов ли ты объявить войну всему миру?
— Я буду защищать людей, которые страдают, как делал это десятки лет. — Руки горели от боли, обильно кровоточа и оставляя целые лужицы на дорогом ковре. Тело не хотело слушаться, но дело еще не сделано, нужно двигаться дальше.
— Ты принес много страдания людям, которых старался «ЗАЩИТИТЬ». — Призрак выделил последнее слово, от чего на душе заскреблись кошки. — Сколько смертей ты принес в своем мире на алтарь борьбы?
— Миллионы. — Наш корпус никогда не был в числе гуманистов. Жестко, а порой и жестоко решая задачи, поставленные думой. — Мы воины. Мы убийцы. Мы кара республики. — Сквозь зубы цедил я слова, делая шаги к отдаляющемуся духу. — Мы те, кто искоренял еретиков и предателей. Мы те, кто принимал решение о существовании целых народов.
— Ты не отступишь. — Призрак начал медленно растворяться, освобождая проход. — Не вздумай бросить дело на пол пути…
В коридоре прошло эхо последних слов бестелесного, кузнечным молотом вбивая в сознание: «Не сдаваться, не отступать».
Тяжело передвигая ноги, продолжил свой бег. Сил не было, но пока в груди бьется сердце, отступать нельзя. В городе много людей, много женщин и детей, которым нет спасения от тех тварей, которые жаждут крови.
Коридор закончился узкой винтовой лестнице, ведущей вниз. Пришлось опереться рукой о стену, чтобы не свалиться кубарем по ступеням. Я чувствовал, что не успеваю завершить свое дело, слишком много сил потратил на монстров. Рука не прекращала кровоточить, оставляя множество отметин на идеально белых стенах здания.
Кровью пропиталось множество камней, вбирая мою жизнь в себя. Второе зрение показывало очередную магическую засветку, которая выделялась на общем фоне перенасыщенности общего фона.
Ноги несли меня по ровному, каменному полу, ведущему вглубь под здание, небольшой уклон указывал о хорошей глубине закладки древнего фундамента. Вперед, только вперед, к тому постаменту, на котором застыла молящаяся статуя ребенка.
Каменное изваяние крохотного малыша, чуть больше локтя в высоту, застыла в коленопреклоненном положении со сложенными у груди руками и запрокинутых к потолку головой с невидящими глазами.
Сколько же в тебе магии, малыш. Рука сама протянулась к голове статуи, окропляя ее кровью. Я не могу уничтожить этот шедевр. Ты здесь стоишь на много дольше, чем существует город.
Сил уже не было стоять. Есть фляжка, которая должна переполниться от такого количества разлитой вокруг энергии. Надо восстановиться. Трясущимися, от перенапряжения, руками, отвинтил крышку и жадно припал к горлышку. Очищающая волна прокатилась по телу, смывая усталость и восстанавливая дыхание.
— Привет. — Мое сердце екнуло. Медленно поворачиваюсь к статуи ребенка. — Ты чего?
— Напугала. — В полумраке маленькой комнаты стояла девочка. Опрятная, совсем не дешевая одежда, выдавала в ней знатное происхождение.
— Ты меня тоже напугал. — Девочка сделала пару шагов вперед, выходя под магический светильник. — Ты пришел почтить сына Килиосы?
— Кого? — Меня сейчас мало интересовало божественное присутствие.
— Девушку из камня. — На лице ребенка появилась загадочная улыбка.
— Кто ты?
— Я просто люблю легенды. — Девочка продолжала улыбаться, смотря на меня. — Напои его.
— Этим? — Фляжку я так и не убрал и теперь пытался понять, кто стоит передо мной.
— Наверно. — Она развернулась и пошла обратно в темноту.
— Да что со мной не так?! — Не выдержал и в голос выругался, на что услышал тихий смешок из глубины прохода.
Ничего другого в голову не приходило. Пришлось следовать совету таинственного ребенка. Во фляге уже скопилось немного концентрата. Тугая струя радужно переливающейся жидкости полилась на голову статуи, заливая глаза и стекая в приоткрытый рот.
— Да чтоб меня! — Я ожидал чего угодно, но точно не появления той самой богини. Ранее видеть ее не приходилось, но ошибиться было невозможно. Позади ребенка из тонких линий сплелась прозрачная фигура женщины.
