Джейми невольно посмотрел в сторону, и Роджер проследил за направлением его взгляда. Там, за завесой кустарника и красноватых вьюнов, была небольшая заводь, и Клэр, обнаженная, стояла на коленях на противоположном берегу, изучая свое отражение. Кровь застучала у Роджера в ушах, и он быстро отвел глаза, однако картина отпечаталась в его мозгу.
Она не была похожа на человека, это первое, о чем он подумал. Тело испещрено черными пятнами синяков, лицо неузнаваемо, она выглядела как нечто незнакомое и первобытное, экзотическое чудище из лесного озера. Однако больше внешнего вида поражало ее поведение. Она была отстраненна и неподвижна, как бывают неподвижны деревья, даже если ветер колышет их листья.
Роджер смотрел, не в силах оторваться. Она склонилась над водой, изучая свое лицо. Волосы свисали мокрыми и спутанными прядями по спине, и она придерживала их сзади ладонью, чтобы они не мешали видеть отражение избитого лица, которое женщина очень пристально рассматривала, притом с удивительным хладнокровием.
Клэр осторожно ощупывала себя в разных местах, открывая и закрывая рот, пока подушечки пальцев исследовали контуры лица. Видимо, проверяла себя на предмет выбитых зубов и сломанных костей. Она закрыла глаза и провела пальцами по линии бровей и носа, челюсти и губ, действуя уверенно и изящно, словно пантера. Затем она решительно схватила кончик носа и резко дернула.
Роджер рефлекторно сжался, когда по ее лицу потекла кровь вперемешку со слезами, но она не издала ни звука. Желудок его болезненно сжался и, казалось, подкатил к самому горлу, нажимая на шрам от веревки.
Клэр села на пятки, тяжело дыша, и закрыла глаза, спрятав лицо в ладонях. Внезапно Роджер осознал, что она обнажена, а он продолжает пристально смотреть на нее. В лицо ему бросилась кровь, он резко отвернулся и исподтишка взглянул в сторону Джейми в надежде, что Фрэзер не заметил. Он и не заметил, потому что уже не был рядом.
Роджер дико осмотрелся вокруг, но сразу же обнаружил его. Облегчение от того, что он не был пойман за разглядыванием Клэр, тут же сменилось всплеском адреналина, когда он увидел, чем занят Фрэзер.
Он стоял возле тела на земле.
Фрэзер окинул взглядом своих людей, и Роджер почти почувствовал, с каким усилием ему удается сдерживать эмоции. Потом яркие голубые глаза остановились на мужчине у его ног, и Роджер увидел, как Джейми делает медленный глубокий вдох.
Лайонел Браун.
Не успев даже понять, что делает, Роджер обнаружил себя пересекающим поляну. Он бессознательно встал по правую руку от Джейми, внимание его было так же приковано к мужчине на земле. Браун лежал с закрытыми глазами, но не спал. Лицо опухло и было покрыто синяками, поверх алели пятна лихорадки, но выражение едва скрываемой паники было явным в его искаженных чертах. Вполне здоровая реакция на взгляд Роджера.
Единственный выживший после ночной бойни, Браун был здесь только лишь потому, что Арч Баг остановил молодого Йена Мюррея на полпути к тому, чтобы размозжить ему череп томагавком. Брауну сохранили жизнь не из жалости к его травмам, а из чистого прагматизма.
– У твоего дяди будут вопросы, – констатировал Арч, сузив глаза. – Позволим ему жить до тех пор, пока он на них не ответит.
Йен ничего не сказал, просто выдернул свою руку у Арча Бага, развернулся на каблуках и исчез в дремотной тени леса, как дым.
Роджер подумал, что у Джейми было куда более бесстрастное лицо, чем у пленника. Сам он не мог угадать мысли Фрэзера по его выражению, но в этом не было нужды. Внешне мужчина напоминал камень, но что-то медленно и неумолимо пульсировало в нем. Даже просто стоять рядом с ним было страшновато.
– Что скажешь, старина? – спросил наконец Фрэзер, поворачиваясь к Арчу, стоящему с другой стороны носилок, седому и заляпанному кровью. – Сможет он ехать дальше или дорога его убьет?
Баг наклонился вперед, оценивающе рассматривая лежащего Брауна.
– Думаю, жить будет. Лицо у него красное, а не белое, и он в сознании. Хочешь забрать его с нами или задашь вопросы сейчас?
На мгновение маска спала, и Роджер, наблюдавший за Джейми, увидел в его глазах совершенно определенно, что именно тот хотел бы сделать. Если бы Лайонел Браун видел то же самое, он бы вскочил со своих носилок и пустился наутек, со сломанной ногой или без нее. Но его глаза упорно оставались закрытыми, и поскольку Джейми и старый Арч говорили по-гэльски, Браун пребывал в неведении.
Не отвечая на вопрос Арча, Джейми опустился на колени и положил руку на грудь Брауна. Роджер заметил биение пульса на шее Брауна и его дыхание, быстрое и неглубокое. Между тем он держал веки плотно закрытыми, хотя глазные яблоки лихорадочно вращались под ними.
Джейми долгое время оставался без движения, оно, должно быть, показалось Брауну вечностью. Затем он издал короткий звук, нечто вроде презрительного смешка или фырканья, и поднялся.
– Заберем его с собой. Пусть еще поживет, – сказал он по-английски. – Пока.
