— Ну, вообще-то я не так представляю себе веселье, — признал он. — Но нельзя позволить этому продолжаться в надежде, что проблема разрешится сама собой. Кто-то должен сказать об этом.
Хотя одному Богу известно, что именно и как. Он уже сожалел о своем предложении, пытаясь придумать, что, ради всего святого, он может сказать. «Привет, Фергус, старина. Слышал, ты поколачиваешь жену. Будь хорошим мальчиком и перестань это делать, ладно?»
Он допил остатки чая и встал, оглядывая полки в поисках виски.
— Закончилось, — сказала Брианна, угадывая его желание. — Мистер Уэмисс поймал простуду.
Роджер со вздохом опустил пустую бутылку. Брианна осторожно коснулась его руки.
— Нас пригласили в большой дом на ужин. Можем прийти пораньше.
Это было утешительное предложение. У Джейми точно имелась бутылка отличного односолодового виски, припрятанная где-нибудь в закромах.
— Да, хорошо. — Он взял с крючка плащ Брианны и набросил ей на плечи. — Эй. Думаешь, стоит рассказать о Фергусе твоему отцу? Или лучше провернуть это одному? — У него появилась внезапная и совсем неблагородная надежда на то, что Джейми сочтет это своим долгом и обо всем позаботится.
Кажется, именно этого и боялась Брианна: она активно замахала головой, одновременно потряхивая наполовину просохшими волосами.
— Нет! Папа сломает ему шею. А мертвый Фергус Марсали точно не поможет.
— Мххм. — Роджер принял неизбежное и открыл дверь перед женой. Большой белый дом сиял, возвышаясь над ними на вершине холма, безмятежный в вечернем свете. За ним виднелся нечеткий, но надежный силуэт большой красной ели. Ему всегда казалось, что дерево охраняет и оберегает дом, и в его нынешнем неустойчивом душевном состоянии эта мысль была утешением.
Они совершили небольшую экскурсию, чтобы он смог отдать должное яме и услышать все о механизме работы сурковой печи. Он оставил попытки понять все детали, уловив только то, что целью было хорошенько ее разогреть — объяснения Брианны он при этом находил умиротворяющими.
— …кирпичи для дымохода, — говорила Брианна, указывая на дальний конец восьмифутовой ямы, которая пока что напоминала место для очень большого гроба. Однако она сделала все очень точно и аккуратно: края были ровной прямоугольной формы, как будто она использовала какой-то инструмент, а стены — удивительно гладкими. Так он и сказал ей, а она улыбнулась, заправив рыжий локон за ухо.
— Она должна быть гораздо глубже, — добавила она, — может, еще фута три. Но земля здесь хороша для копания — она мягкая и не слишком осыпается. Надеюсь, я смогу закончить до первого снега, но не уверена. — Она потерла костяшкой пальца кожу над верхней губой, с сомнением щурясь на яму. — Мне нужно расчесать и скрутить еще довольно много шерсти, чтобы сшить теплую одежду для тебя и Джемми, мне придется собирать и готовить впрок всю следующую неделю или около того, и…
— Я вырою ее для тебя.
Она встала на цыпочки и поцеловала его под ухом, он засмеялся в ответ, внезапно почувствовав себя лучше.
— Не на эту зиму, конечно, но со временем мне, быть может, удастся как-то провести тепло от печи под основание нашего дома. Ты знаешь, что такое римский гипокауст?[65] — спросила она, удовлетворенно беря его под руку.
— Знаю. — Он повернулся, чтобы посмотреть на свое жилище, — простой полый фундамент из плитняка, на котором возведены бревенчатые стены. Намек на центральное отопление в сырой горной хижине рассмешил его, но, по сути, в этом не было ничего невозможного. — Что ты хочешь сделать? Подведешь трубы с горячим воздухом под основание?
— Да. Если считать, что мне удастся сделать хорошие трубы. Скоро узнаем, так ли это. Что думаешь?
Он перевел взгляд с будущего проекта жены вверх по холму на большой дом. Даже на таком расстоянии рядом с ним была видна куча грязи — свидетельство буровых способностей белой свиноматки.
— Думаю, ты рискуешь привлечь к нам внимание этой белой содомитки, если устроишь уютное теплое гнездышко под нашим домом.
— Содомитки? — спросила Брианна иронически. — Такое физически возможно?
— Это метафора для ее внутренней сути, — уточнил Роджер. — И потом, ты видела, что она пыталась сделать с майором Макдональдом.
— Эта свинья сильно не любит майора Макдональда, — подтвердила Бри не задумываясь. — Интересно, почему?
— Спроси свою маму, она его тоже не жалует.
— Ах, это… — Она резко замолкла, поджала губы и задумчиво посмотрела на большой дом. В окне медицинского кабинета Клэр промелькнула тень, кто-то был внутри. — Вот что я тебе скажу. Ты найди папу и пропусти с ним стаканчик, и пока вы будете этим заняты, я расскажу маме про Марсали и Фергуса. Она может что-нибудь подсказать.
— Не уверен, что это вопрос медицинского порядка, — заявил он. — Но погрузить Германа в сон для начала было бы неплохой идеей.
