— Мама, самое страшное, что ты воспитала меня в ненависти к тем, кого ты называешь бледнолицыми, — продолжил Тошан. — Ты, которая была замужем за белым человеком, а позже полюбила другого — Жослина… Я не мог понять, что ты отвергала конкретного человека! Знаешь ли ты, что в прошлый четверг я приехал сюда, в Роберваль, чтобы расспросить техников на авиабазе? Там работал Поль Трамбле, и я подумал, что смогу навести о нем справки. Меня отлично приняли, а один из летчиков угостил меня кофе. Он показал мне кёртисовские самолеты, которыми располагает база. На протяжении двенадцати лет, благодаря прогрессу авиации, были созданы топографические карты региона, велись наблюдения за лесами. Я также узнал, что авиаторы помогали нашим соплеменникам, перевозя больных в медицинские учреждения, что помогло спасти множество жизней. Я ведь солдат, хоть и не ношу сейчас форму. Любезность и симпатия людей с авиабазы подсказали мне новый подход к делу. Кроме того, даже в Цитадели мое происхождение почти не вызывало нападок, за исключением одного придурка, обозвавшего меня полукровкой, впрочем, его я быстро поставил на место. А офицер даже позволил мне отправиться к Эрмин. Мою жену похищение Луи привело в отчаяние. Я должен был спасти положение, поскольку с самого начала метили в тебя, да и в меня тоже.
Тошан замолчал, переводя дыхание. Тала погладила его по голове.
— Как ты переменился, сынок, — сказала она. — Мне жаль твоей прежней прически и, быть может, — твоих прежних убеждений.
— Мама, глупо так упрямиться! — резко бросил он, не на шутку рассердившись. — Ты считаешь себя жертвой, но если бы ты доверилась правосудию бледнолицых, Трамбле не пытались бы отомстить.
— Ты заблуждаешься, Тошан! — в неистовстве выкрикнула Тала. — В ту пору мы с твоим отцом были настолько оторваны от мира, что нам было не добраться в город. А я не испытывала желания рассказывать о своем позоре полицейским, которые могли обвинить меня во лжи, заподозрить, что я выдумала эту историю. Анри тоже мог усомниться в моих словах. Я боялась, что меня обвинят в том, что я заигрывала с этим мужчиной.
— Папа любил тебя, он на тебе женился. Он никогда бы не подумал ничего подобного. Хочу напомнить тебе, что ты вела достойную жизнь, ты крещеная!
Мать знаком велела ему говорить тише. С грустной улыбкой она укрыла Тошана, откинувшегося на подушки.
— Ты, должно быть, проголодался, — сказала она. — Приготовлю поесть. В любом случае, нет пути назад. Нужно думать о будущем. О твоем будущем, сынок. У тебя есть жена, которую я обожаю, мужественная, внимательная. Есть трое очаровательных детей. Отдохни.
Прекрасная индианка неслышно вышла. Обессиленный Тошан закрыл глаза. «До завтрашнего утра я должен рассказать ей все, что знаю», — подумал он.
Тала суетилась у плиты. Киона съела свою порцию рагу и уселась играть на стоявшей в углу кровати. Девочка распустила косички, и золотистые волосы заструились по худеньким плечам.
— Мама, я пойду спать, — важно сказала она. — Не буду тебе мешать.
— Хорошо, дочка, ты права, ложись пораньше. Ты уже поправилась, но все же еще не окрепла.
Киона посмотрела, как мать ставит на поднос еду, предназначенную Тошану. Она понимала, что это не самый подходящий момент, но не могла не задать волновавший ее вопрос:
— Мама, скажи, нельзя ли завтра поговорить о моем отце? Однажды ты рассказала мне, что он умер еще до моего рождения, но мне нужно знать его имя!
— Киона, он умер, — тихо ответила Тала. — И пусть он покоится с миром. Когда ты подрастешь, ты узнаешь все, что тебе следует знать.
Девочка завернулась в большое одеяло, сшитое из множества волчьих шкур. Она уложила рядом плюшевого мишку и сунула что-то под подушку. Она долго рассматривала шесть агатовых камешков, ей нравились сине-зеленые переливы. Это был подарок Луи, и Киона наделяла их волшебными свойствами. Тихо напевая, она смежила веки, шарики лежали рядом.
Тала довольно поглядывала на Тошана, доедавшего ужин. Бокал черничной настойки должен был подкрепить его силы.
— Я мечтал об укрытии и теплой постели, — устало выговорил он. — Я знал, что в материнском доме мне это будет обеспечено. Буря застигла меня на местной дороге. Я уж думал, что мне не удастся добраться до тебя.
— Ты предупредил Эрмин, что заедешь в Роберваль? — обеспокоенно спросила Тала.