Веселый маленький отряд наконец оказался на крыльце. Яркое солнце освещало заснеженный пейзаж, усеивая его множеством серебристых блесток. Стоял сухой мороз, и в сочетании с чудесным зимним светом создавалось впечатление удивительной кристальной чистоты.
— Сначала мы пойдем поздороваться с приходской школой, — объявила Эрмин. — Это очень красивое здание.
Она еще не поведала детям горестную историю первых лет своей жизни. Когда она вспоминала те времена, то, главным образом, рассказывала о приятных событиях. Они подошли к широкому крыльцу с балконом, который поддерживали четыре внушительные колонны, и тогда она решила приоткрыть детям завесу над тайной.
— Когда мне исполнился всего годик, у бабушки с дедушкой случились большие неприятности, — начала она. — И меня отдали монахиням, которые руководили этой школой. Ко всему прочему я была больна, но сестры меня выходили. Можно сказать, что приходская школа — это семья, в которой я выросла. Уже с шести лет я иногда пела на переменах, но была такой маленькой, что приходилось влезать на табуретку.
— Мимин, а что ты пела? — спросила Киона.
— Простые песенки, вроде «У светлого ручья», «У меня в табакерке отличный табак» или «Жаворонок, мой милый жаворонок». Подружки были в восторге и хлопали мне. Но мать-настоятельница отчитывала нас, если заставала за этим. А немного позже я выучила «Аве Мария».
— А где была твоя комната? — спросила Мари.
— Я жила на втором этаже, но своей комнаты у меня не было, а была только маленькая кроватка, которая стояла рядом с кроватью сестры Викторианны, послушницы. Послушница занимается приготовлением пищи и уборкой. Смотрите, вон из того окна, слева, зимой и летом я смотрела на этот пейзаж. И представьте себе, что внутри, на втором этаже, располагалась часовня. Я любила ходить туда и тайком молиться в одиночестве, а в мае сестры поручали мне собирать букеты цветов для украшения алтаря. Я могу похвастаться тем, что была одной из немногих воспитанниц школы, которые знали в ней каждый уголок. Я даже как-то утром поднялась на колоколенку, чтобы оттуда полюбоваться на поселок. Идемте дальше, по улице Сен-Жорж.
Эрмин держала за руки близнецов, а Мукки взял за руку Киону. Так они оказались под окнами дома Маруа. Тут же выскочила Бетти, явно надеясь немного посудачить.
— Вышли погулять! — воскликнула она. — И правильно сделали, погода прекрасная. Но, как утверждал Жозеф поутру, долго это не продлится.
— Мы можем взять с собой Мари, — предложила Эрмин.
— К сожалению, моя малышка уехала с Жо и Арманом в Шамбор, навестить знакомых. Я одна в доме, вот и воспользовалась этим, чтобы навести порядок. Ну, не буду вас больше задерживать.
Эрмин сердечно улыбнулась ей на прощание. И все же, снова пускаясь в путь, она поймала себя на странном ощущении, будто Бетти не совсем в своей тарелке и словно боится, что ей помешают. Пройдя несколько метров, она и думать об этом забыла — Мукки отвлек ее, спросив, почему у улиц такие названия.
— Чтобы проще было ориентироваться, — ответила она. — Почтальоны и приезжие должны быстро находить тот или иной адрес. Даже в Робервале. Улица Сен-Жорж была так названа в честь Жозефа-Жоржа Паради, первого кюре Валь-Жальбера, а улица Лабрек — в честь монсеньора Мишеля-Тома Лабрека, епископа Шикутими.
— Можно подумать, ты с нами урок проводишь, — заметила Лоранс.
— И он еще не закончился, — смеясь, воскликнула Эрмин. — Сейчас я вам прочитаю лекцию по истории Валь-Жальбера. Итак, мы с вами на улице Сен-Жорж, которая была одной из самых оживленных в поселке, здесь находилось много магазинов. Смотрите, это почтовое отделение, и оно по-прежнему работает. Прямо перед вами универсальный магазин. А в соседнем доме помещалась мясная лавка, принадлежавшая Леонидасу Паради[44]. Каждую субботу Бетти посылала меня к нему купить мяса, которое она готовила по воскресеньям.
Киона с интересом рассматривала внушительный фасад универсального магазина с плотно заколоченными окнами и дверями.
— На первом этаже располагалась бакалейная лавка, в которой можно было купить все необходимое, — продолжала Эрмин. — А на втором владельцы здания оборудовали казино, там играли в карты. На третьем была гостиница на два десятка номеров. Я любила приходить сюда за покупками для Бетти и сестер-монахинь. Разглядывала подвешенную к полкам железную утварь, новую и сверкающую, и стеклянные банки со сладостями. Я не отваживалась что-нибудь здесь купить, даже если у меня оставалась какая-то мелочь.
В тот момент, когда Эрмин вспоминала эти подробности из своего детства, маленькие пальчики в шерстяной варежке сжали ее пальцы. Это была Киона.
— А потом ты заработала много денег и теперь можешь покупать любые конфеты, какие захочешь, — с хитрой улыбкой заключила девочка.
— Да, ты права, — согласилась Эрмин. — Позади магазина заливали каток, где я впервые увидела Тошана.
— Вот было бы здорово, если бы папа гулял сейчас с нами, — вздохнул Мукки.
— Да, дорогой, — согласилась Эрмин. — Возможно, когда-нибудь так и будет.