Время ускорилось. Ответственность возросла. На счету каждая минута. Пришло понимание — Скорпион раскрывает возможности нового человека, индиго нового поколения. Но получивший силу получает и проклятие — ответственность за каждое свое действие… Как же сложно в семнадцать лет оперировать высшими истинами.
— Ты ее не получишь! — прокатилось по полупустому помещению, отразилось от стен тяжелым эхом и вернулось к Эмиссару. Он взревел. — Сах'рэ!
Стекла по всему периметру пентхауса небоскреба разлетелись вдребезги от магического слова. Осколки вылетели наружу и устремились вниз. Падая со сто двадцатого этажа, разгоняясь, острые кромки приобрели убойную силу.
Прохожих постигла печальная участь. Но Золо не заботили подобные мелочи. Скорпион опустил сложенные ладони. Серебристая завеса щита померкла.
— Сами как-нибудь разберемся. Без тебя… Или лучше от слова «бес»?
Золо исчез в воздухе. Черная молния устремилась к вихрастому гостю, но растаяла, не задев его.
Сергей вскинул руки, разрезая волновой выпад на две части. Пол и стены за спиной потрескались. Волна вырвала кусок гранитной колонны и затихла, потеряв мощь.
Кулак парня объяло огнем. Эманация элемента четвертого уровня поплыла по воздуху вместе с ударом. Появившийся Золо выставил щит, перехватив удар, но пропустил нужный момент и опалил себе запястье и манжет рубашки.
Эмиссар взревел, отскочил от Сергея.
Скорпион, улыбаясь, облизнул вздувшийся волдырь на костяшке. Рана исчезла, больше не напоминая, что с огнем шутки плохи.
— Знаешь, Золо. Зря ты все это затеял. Не скажу, что потерял время, наоборот, стал сильнее… Но это обернулось катастрофой для тебя самого. Я собираюсь вырезать Эмиссаров, замкнув весы. Ваша игра больше не к месту… И к чертям весь ваш баланс, ваш Хозяин будет низвергнут. Система порабощения душ будет уничтожена.
— На колени, щенок! — глаза Золо почернели от ярости. Воздух в зале сгустился, потяжелел. Слух Сергея резанул до боли тонкий звук, на уровне ультразвука. Волны усилились, повреждая уже и кожу. Давление на перепонки плавно повышалось, грозясь лишить слуха, искалечить тело.
— Ты меня не понял? Вы больше ни к месту! — Скорпион сдвинул руки, выставляя ладони.
По полу и потолку пошли трещины. Мебель, встретившуюся на пути, разнесло в щепки. Золо отбросило в стену. Эмиссар распластался по ней, обливаясь кровью.
— Шельэ хаса, — прошептали губы Золо.
Черная молния пробила потолок, за мгновения сжигая массивные плиты чудовищной температурой. Миг, и она устремилась в голову Скорпиона.
Синим светом окутало все помещение. Сергей перехватил молнию.
Бой шел на пяти из семи возможных уровней. И на физическом, низшем, молния превратилась в гюрзу.
Руки цепко схватили ее, вытянув извивающееся тело над головой. Победоносная улыбка парня стала шире. Несколько мгновений в руках черноволосого гостя… и змея пала к ногам кусками гниющего мяса. Мгновение, и оно испарилось без остатка.
Скорпион развел руками, сгущая воздух. Мышцы напряглись. Синий свет, исходящий от его ладоней стал для эмиссара невыносимо ярким, обжигающим глаза и кожу.
— Ди-во! — слетело с губ северного варвара.
Чудовищной силы аэрбол прошил помещение. Миг, вспышка — и потолок здания вырвало. Но видимо что-то вмешалось — спасло эмиссара от низвержения.
Пыль улеглась. Дом устоял, хоть и лишился крыши и целостности конструкции.
На Сергея холодно и обреченно посмотрели глаза… Ее глаза.
— Не-е-ет!!! — от крика Скорпиона здание пошатнулось.
Над небом Нью-Йорка сгустились тучи.
Черный Кава прыгал на ухабах грунтовки, оставляя за собой облако пыли. Стальной конь гнал, не жалея лошадиных сил. Рука в безпальцовке завернула ручку скорости до красной черты, и зверь встал на заднее колесо.
Иссиня-черные кончики волос мотоциклиста ветер рвал остервенело, трепал со звуком развивающегося флага.
Опаздывать на совет не входило в планы Сергея.
Управлять мотоциклом в семнадцать лет гораздо удобнее, чем в четырнадцать. Возмужавшее тело прибавило роста, силы, объема. Спортивный лежак больше не грозил выйти из повиновения. В седле Скорпион сидел, как матерый наездник.
Время летело. Плечи раздались вширь, руки окрепли, скулы заострились.
В ухе пискнуло, выключая музыку плеера в стиле хэви:
— Леопард вызывает Скорпиона. Прием.
Не сбавляя скорости, не снимая шлема, ответил:
— На связи, блондин. Прием.
Веселый голос Семена Егорова Леопарда докатился из-под недр гор чистый, без помех. Дмитрий закупил в отечественных НПО замечательное оборудование радиолокационной связи.
— Скорп, все в сборе. Если не прибудешь через двадцать минут, начинаем разбор полетов без тебя. Сам вольностью наградил сам и наслаждайся.
— Больше ста пятидесяти по грунтовке не выжимает даже на одном колесе.
— В мастерскую закинь, пусть модернизируют. Техники у нас неплохие. Крылья приделают, полетишь сквозь леса и поля. Не хочешь сквозь, лети сверху.
— Блондин, ты завязывай с мясом. Злой как волчара.
— Да? А что там у тебя в плеере играет? Вроде не классика. Мясо он видите ли не ест, а вот от тяжелого металла робкий, как овечка.
— Это чтобы не уснуть.
Сема подло захихикал, вспоминая время последнего сна. Сухо обронил:
