— Ты видел на станции магазины? — недовольно выпалила Астра, поправляя мокрое полотенце, которое норовило упасть от тяжести. — То-то! Я не любительница голых заплывов, у меня купальника нет! Поэтому и прихожу сюда по ночам, когда все спят!
Видимо, в голове мужчины, наконец, сложился сложный пазл. Лунная девочка, которая никогда не покидала станцию, выросла, а жить как земляне — не научилась.
— Эй, малявка, ну прости! — кричал он ей вслед.
— Да уж, вот наша девочка и выросла, — вздыхала Роза, стряхивая с живота крошки печенья. — А мне-то с Мартой чего не говорила? Мы бы привезли с Земли. А то мы конфеты с шоколадом тащим. Вот же позорище.
— Да иди ты! — всхлипывала Астра, смахивая слезы.
— Позор-то нам, а не тебе. Ладно Сатфорд — он мужик, но мы-то с Мартой женщины, могли бы догадаться. Ты же никогда не покидала станцию… Вот мы дуры-то!
— Да даже если бы и полетела на планету, что там делать? Денег-то нет. Помнишь, когда Сатфорд только занял должность, то выпендривался, мол, Астра Сеттан — первый ребенок, родившийся в космосе. Не на Земле, не на Луне, а на космической станции! И это замечательная девочка растет под крылом Первой Космической Академии. Мы с вами тогда по новостям смотрели, как журналисты соревнуются в красивых эпитетах: космическая девочка, лунный ребенок, великое продолжение семьи Сеттан. Мы тогда еще смеялись, что я стала знаменитостью. А что потом? Через неделю про меня все забыли. И Сатфорд в том числе.
Роза предположила, что все дело в том, что Астра сама никогда ничего не говорила. Опять пошли нравоучения, что надо быть смелее и наглее. Вот только сама толстушка Роза при виде ректора в столовой, становилась тише мышки и старалась не отсвечивать лишний раз.
— Я свяжусь с Мартой и попрошу, чтобы она привезла тебе всякие красивые вещи. Будет подарок от нас.
— Не надо. У меня-то для вас ничего нет.
— Глупая, подарки дарят не ради ответного жеста, а просто так, по случаю. Нормальные люди вообще ничего не ждут взамен.
— Разве? — удивилась Астра. — Но ведь все постоянно говорят: «Я подарил вот это, а мне подарили вот то». Получается, взрослые люди именно обмениваются подарками.
— Вот же ты глупая, космическая девочка, — вздохнула Роза. — Тебе и правда надо пожить на Земле, а то ты совершенно оторвана от мира.
— Не надо, мне и здесь хорошо, — проворчала Астра.
— Нет, милая, станция давно стала тесной клеткой. Тебе бы мир повидать, лучше узнать людей, а не только богатых студентов и напыщенных профессоров. — Роза лукаво улыбнулась. — Мальчика найти. Раньше в двадцать уже замуж выходили, между прочим.
— Не хочу замуж.
— Э, дорогуша! В двадцать уже пора хотеть. Я в твоем возрасте парней меняла чуть не каждый день, выбирая получше. Марта бы сейчас сказала, что я опять учу тебя дурному, но нет, милая, это суровая правда жизни: пока всех не посмотришь, не поймешь, чего же сама от мужчины хочешь. Вот выскочишь за первого попавшегося и разбежитесь через полгода, потому что либо головами, либо чем поинтереснее не подружитесь. Послушай старую, толстую Розу — мужчина должен радовать, а не огорчать.
— Да, да, пересплю тогда со всей Академией, ага, — отмахнулась Астра.
— Ну не со всей, конечно, в крайности-то не лезь.
Разговоры про половое воспитание давались Астре с большим трудом. Она понимала, что очень многого не знает, но еще лучше понимала, что никто не подскажет, как правильно.
Влюбиться в Эдлера было совсем не сложно, он вообще довольно быстро подвинул Сатфорда на пьедестале желанных мужчин и стал влажной мечтой студенток. Только о нем они и шептались, краснея и хихикая. Но что делать с этой любовью, она не очень понимала.
Астра бродила по непривычно пустым коридорам, заглядывая в темные аудитории. Зоны отдыха в студенческих блоках пустовали, голоса и смех стихли. Станция вымерла на целый месяц.
Бесцельно шатаясь по блокам, она вышла к знакомым шлюзам. Неприятная дрожь пробежала по телу, ведь именно здесь проходили практические занятия. И когда студенты летного во главе с Эдлером гордо расхаживали вокруг учебного челнока, рядом студенты инженерного разбирали и собирали точно такой же.
Астра, как будущий ремонтник, должна была уметь залезть в самые труднодоступные места, знать расположение всех приборов и понимать, куда ведут километры проводов под обшивкой. Будущие пилоты с нескрываемым превосходством смотрели на ремонтников, которые ползали в пыли и грязи, разбирая челнок до винтиков.
Она прошла мимо знакомого разобранного челнока и остановилась у иллюминатора, за которым сиял голубой шарик Земли. Там сейчас весело, все готовились к праздникам, покупали подарки и сидели в уютных кафе. Планета забрала все веселье, оставив безмолвную тишину.
— Да твою мать! — эхом прокатилось по шлюзу, нарушая ту самую тишину.
Астра отошла от иллюминатора, пытаясь разглядеть такого же несчастного пленника станции. За крылом учебного челнока спрятался раздраженный Эдлер и нервно тыкал пальцами в планшет, словно хотел проткнуть его насквозь.
— Ты что здесь делаешь? — удивилась она.