— Помнишь, мы сегодня постоянно об огне говорили? А в доме ведь и в самом деле не пожжёшь их. И они знают это. Я ведь смотрела на дымчар, когда Сергей зажигал свечи на подоконнике, — объяснила Арина. — Сначала не поняла: они от окна вдруг тихонечко отклонились, как будто сквозняком на них подуло. Но дальше так и не выпрямились.
Костян озадаченно посмотрел на неё, пожал плечами.
— И что теперь? Придумать локальное сожжение?
— Тяжело, — задумчиво откликнулся Сергей. — Но если продумать условия…
— И Аринкиного брата попробовать! — упрямо напомнил Костян. — Мы же только показали ему и велели смотреть. Ну и не видел он ничего!.. А вдруг? Вдруг он Аринкин оберег сумеет сплести?
— Это вы о чём? — уже чуть отстранённо спросил Сергей. Он себе не дал времени прийти в себя: минуты не прошло — стоял перед стеной, на которую руками, всё ещё подрагивающими от внезапной атаки дымчар, «навешивал» невидимый для глаз хозяев ведьмин круг. Сбоку встал Артём, изучающе вперившись в его работу.
Собиравший остатки ведьминого круга с пола, Костян серьёзно сказал:
— Мы тебе потом скажем, как с этим делом закончим. — А поймав насторожённый взгляд Артёма, успокоительно договорил: — И вам тоже. Вы ведь теперь с нами.
Коротко взглянув на Сутулого, как она про себя прозвала Артёма, Арина уловила на его лице странное выражение, возникшее после слов мальчишки. Что-то вроде: «Ишь, шустрый какой…» И забыла о том, приподняв женщине руку и натягивая на её кисть законченный оберег.
Через пять минут они покинули квартиру, оставив в прихожей обнявшихся двоих.
— Здесь, неподалёку, сквер есть с детской площадкой, — сказал Артём, когда лифт начал опускать их к первому этажу. — Посидим?
Сергей чуть замешкался с ответом. Арина знала, что на сегодняшнюю ночь он запланировал обойти три квартиры, оставленных для наблюдения. Он так делал, если дымчары вызывали сомнение, можно ли с ними справиться только оберегами и ведьмиными кругами — то есть без серебра, на которое уходило слишком много денег.
Заметив паузу, Артём уточнил:
— Хочу знать, как работаете. В основном. Частности не нужны.
Лифт остановился. Первым выскочил Костян и, оглядываясь на выходящих, скептически объяснил, снова перейдя на «вы»:
— Вы и видели же! Вот так и работаем. — И с необычным для него ехидством заметил: — В основном.
Арина воспылала горячим желанием треснуть мальчишку кулаком по спине: «Не слишком ли ты зарвался?! Доведёшь человека, рявкнет — мало не покажется!»
Но вся компания уже вывалилась на улицу, где Костян вдруг внимательно посмотрел на Сутулого и хмыкнул:
— А вы? Вы нам расскажете, как работали вы? Ну… В основном.
— Палец в рот не клади? Да? — миролюбиво пробормотал тот.
А вот Сергей промолчал. Но в его глазах теплилось то же любопытство, что и у мальчишки, и Арина, успокоенная, про себя фыркнула: «Хорошо, что у нас есть Костян! Выпалит всё, что нам интересно, но о чём из вежливости промолчим!»
Ещё её интриговало, почему Артём сказал не только о сквере, но и о детской площадке. Да и… После упоминания сквера она поняла, что он имел в виду: хочет поговорить, сидя на скамейке. И это немного напрягло. «У меня после Полины уже бзик, — мрачно подумала она. — На скамейки. А вдруг и этот Сутулый тоже захочет от нас с Костяном избавиться? Сядет с Сергеем — и для нас с Костяном места не будет. Типа, мы мелочь, так что шагайте домой — баиньки…»
Но на входе в сквер при детской площадке обнаружилось: в уютном уголке, близко к скверу, расположена необычная скамеечка, больше похожая на квадратные бортики песочницы, то есть, чтобы сесть, надо перешагнуть эти бортики, а потом садиться. Только внутри вместо песка — скудная от утоптанности трава… А значит, сразу четверо могут себе позволить побеседовать тет-а-тет. Костян оглянулся на Арину сияющими глазами (кажется, он тоже вспомнил неприятный эпизод с Олегом и Полиной?) и первым шлёпнулся на скамеечку, а потом более солидно устроились и остальные: и мешать друг другу не мешали, и никто другой к ним не мог сунуться.
Уже откровенно радостный, Костян положил свою спортивную сумку рядом с собой. Да, тоже доволен, что беседа пройдёт на равных.
Когда все утроились друг напротив друга, юные помощники уставились на Сергея, и тот только развёл руками и кивнул:
— Ладно, начну я. Вы помогайте, если о чём забуду.
Костян слушал его, полуоткрыв рот, как будто и не представлял, что со стороны их летняя жизнь выглядит именно такой — в сплошной драке с дымчарами.
