По сравнению с некоторыми символами на компьютере Арры, этот был не особенно сложным. Хотя, насколько он знал, в уроках Арры ничего не надо было аккуратно перерисовывать на скорость — стараясь успеть до возвращения отрубленной призрачной руки. Стараясь сочетать быстроту и аккуратность, Тони начал перерисовывать слегка изгибающийся узор на пол от одной стороны двери до другой.
— Значит, — пробормотала Эми ему на ухо, повышая голос, чтобы быть услышанной за руганью и криками за их спинами, — это рука, которую бабулька отрубила у садовника?
— Одна из. — Резкий удар в плечо заставил его обернуться — и увидеть, как Эми толкает Адама обратно в драку. Она извинилась и выровняла журнал.
— Теперь прямо-таки интересно, у кого семейка Адамсов отрубила Вещь,[25] — задумала она, пока Тони продолжал рисовать.
— Я об этом не задумывался.
— Да ладно. Тут бегает рука, и тебе автоматом не вспоминается Вещь? Я обожаю эти фильмы.
— Первый был ничего. Второй…
— Второй был прекрасен. Ну, он просто взывает к нам, к аутсайдерам, которых суровое начальство убеждало в том, что им полезно спать в домике с хихикающими придурками, жующими жвачку. — Когда Тони непонимающе посмотрел на нее, Эми вздохнула. — Ну хоть какой-то необычный опыт жизни на природе у тебя в детстве был?
Помада оставила на полу жирный след, когда он надавил чересчур сильно.
— У меня была пара знакомых трансвеститов на улицах.
— Я не об этом говорила.
— Я знаю. — Он дорисовал последнюю линию последнего символа, откинулся на пятки и поднялся на ноги. — Будем знать, что оно сработало, если рука не вернется.
— А если она отправилась к другой двери?
— Ээ…
Между ними и другой дверью была копошащаяся масса тел. На секунду среди ног и рук, обхвативших что-то, что по размеру ботинка могло быть только ногой Мауса, появилась Брианна. Тони почти был готов к тому, что она крикнет «Йа-ха» прежде, чем снова исчезнет в кутерьме.
— …она не очень быстро передвигается.
— Это хорошо, — философски решила Эми. — А как насчет твоей руки? — Она легонько прикоснулась к бледной коже. — Она ледяная!
— Да ну?
— Призракам нужна энергия, чтобы становиться видимыми, поэтому холод означает, что они высасывают силу.
— Угу, Стивен что-то такое говорил.
— Сунь ее в штаны.
— Чего?
— Руку. Сунь в штаны, это самое теплое место.
Только работа ног, которая бы заставила Мэйсона им гордится, спасла узор.
— Именно. И пусть оно таким и остается.
— Ну, в мои штаны ты ее не сунешь.
— Еще чего не хватало. — Тони сунул руку в правую подмышку и резко втянул воздух от холода. А потом стал смотреть, как Эми бросилась вперед и очень вовремя вытащила Кейт из-под опускающейся на нее задницы Мауса. Ответное рычанье Кейт было невозможно разобрать, но попытка пинка связанными ногами говорила сама за себя.
Эми похлопала ее по плечу.
— Не за ч…
Конец фразы пропал в очередном проигрыше. Положительной стороной было то, что теперь между бальным залом и гостиной было больше времени. Рука, оказавшаяся вне своего времени, видимо, тратила дополнительную энергию, поэтому проигрыши снова растянулись. А отрицательной — довольно неприятная мысль. Садовника разрубили на шесть частей. Что еще может ползать снаружи?
На стойке снова оказалась тарелка с маленькими иллюзорными пирожными. Последний раз, когда он был здесь…
Тони сам не верил, что может стоять здесь, когда ему хотелось разобрать дом по кирпичикам и найти Ли.
«Благо большинства перевешивает благо одного».[26]
Спасибо за замечание, мистер Спок. Чертов безмозглый лицемерный вулканец.
Знакомый звук липкой ленты, отрываемой от мотка, приветствовал его по возвращению в нынешнее время, и он явно означала, что драка почти окончена. Не такой знакомый звук липкой ленты, отрываемой от ног Мауса — с сопутствующим ревом, — предполагал, что с некоторыми моментами еще надо разобраться. И что у Мауса на ногах теперь меньше волос.
—
Узорчатый медный подсвечник блеснул в свете, когда Сордж поднял его над головой. Он уже опускался, когда Тони осознал место назначения и успел призвать подсвечник его к себе как раз того, когда он уже прикоснулся к волосам Мэйсона.
— Сордж! Сордж!
Режиссер-постановщик посмотрел широко распахнутыми глазами сначала на руку Питера, ухватившего его за запястье, а потом на самого Питера.
— Смерть Мэйсона не поможет! Поверь мне, если бы это было не так, я бы прибил его уже много месяцев назад.
—
— На английском похоже.
— Я сказал, он не хочет лежать спокойно. — Сордж хлопнул Мэйсона ладонью по груди. — Я заставлю его лежать смирно! — Он обвел комнату взглядом и замер, глядя на подсвечник в руке Тони. — Отдай его мне!
— Сордж, смотри, на нем уже лента.
— Лента? — Он нахмурился и покачал головой. — Нет, мы не можем снимать с ним ленту. Неправильное освещение.
— Нет, нет. Клейкая лента.
Он перевел взгляд на серые полоски на черный брюках и рубашке.
— Аа…
Мэйсон задрал голову и посмотрел на ленту так, как будто видел ее впервые в жизни.
