— А не махнуть ли нам с тобой, Роман Иванович, с ночевой на рыбалку? Возьмем катер, пристанем где-нибудь на песке, натаскаем стерлядок, сварим хорошую ушицу. Расслабиться иногда просто необходимо. А то мы с нашим ожиданием скоро на стенку полезем.
Остудин, слегка наклонив голову, как бы со стороны посмотрел на Еланцева, легонько хлопнул его по плечу и, рассмеявшись, сказал:
— Идея великолепная. Но давай как-нибудь попозже.
— Когда нас со стенки снимут?
Рассмеялись оба. Разошлись.
Из Среднесибирска не пришло никаких сообщений ни завтра, ни послезавтра. С местной метеостанции Остудин получал каждое утро сводку об уровне воды в Оби. Но еще до того, как она ложилась ему на стол, он сам ходил на берег реки и смотрел на водную ширь, уходящую за горизонт. В этом году паводок был на удивление мощным и продолжительным. Обь разлилась на десятки километров, и даже самые мелкие протоки стали судоходными. Если бы пришел буровой станок, по такой воде его бы без особых проблем можно было переправить на Кедровую. С этой мыслью Остудин вставал, с ней он ложился. Раза по два в день звонил в объединение, но увы...
И в это утро Роман Иванович, как всегда, по дороге на работу заглянул на берег. Еще на подходе к реке он ощутил перемену в природе. Не сразу уловил, какую. Стал вглядываться. Противоположный берег Оби так же, как и вчера, и позавчера был затоплен. Но над речной поверхностью появилась длинная зеленая полоска. Постояв немного, Остудин понял: вчера там была водная глубь, а сегодня над ней поднялся тальник. Случилось то, чего боялись нефтеразведчики: вода пошла на убыль. Еще неделя, чуть больше, и малые речки станут не судоходными. Остудину впервые не захотелось идти в контору. Но идти надо было, и, постояв еще несколько минут на берегу, он неторопливо зашагал по улице.
Первым, кого он встретил в конторе, был Еланцев. Всегда спокойный и невозмутимый, сегодня он был явно возбужден. Даже не поздоровался с Остудиным.
— Ты знаешь, что вода начала падать?
— Ну и что? — стараясь быть как можно спокойнее, сказал Остудин.
— А то, — Еланцев ухватил его двумя пальцами за отворот пиджака, — что еще несколько дней, и плакала наша с тобой Кедровая.
— А мы-то что можем сделать? — Остудин осторожно убрал руку Еланцева со своего пиджака. — Остановить спад воды?
— Думать надо.
— Вот и давай думать.
— Давай.
На следующий день вода в Оби упала еще на пять сантиметров. Но еще больше упало настроение Остудина. Он несколько раз пытался позвонить Батурину, но так и не позвонил. Поднимал телефонную трубку, держал ее минуту-другую в руке и опускал на место. Останавливала здравая мысль: приди оборудование, Батурин тотчас бы позвонил сам. Остудин ждал этого звонка каждую минуту. И все же когда он раздался, оказался для него неожиданным.
Поздно вечером, когда Остудин, раздраженный, не заходя в контору, пришел с причала домой, ему позвонил радист. Роман Иванович собирался ужинать, поэтому все недовольство, скопившееся за день, выплеснулось на него.
— Что там у тебя случилось?
— Вас Батурин весь вечер разыскивает. Сказал, чтобы вы, как явитесь, немедленно позвонили ему.
Остудин тут же снял трубку и заказал Среднесибирск. Батурин отозвался сразу. Разговор начал без наводящих вопросов, будто их только что прервали и соединили вновь.
— Сегодня к нам пришло твое оборудование, — Захар Федорович специально сделал ударение на слове «твое».— К завтрашнему утру баржа будет загружена. Я сам сейчас слежу за этим. Сможешь ты доставить его на Кедровую?
Остудин прикинул: от Среднесибирска до Таежного трое суток непрерывного хода. Оборудование придет на большой барже. Здесь его придется перегружать на маленькие. Чтобы вывезти на Кедровую, надо сделать несколько рейсов. На это уйдет минимум неделя. В лучшем случае только на дорогу потребуется десять дней. Да еще погрузка-разгрузка...
— Чего молчишь? — не выдержал Батурин.
— Будем, конечно, стараться. Но все зависит от воды.
— Вода падает, — сказал Батурин. — У нас упала уже на метр. Поэтому доставай, где хочешь, еще один водометный катер и двадцатитонную баржонку. Кедровая на контроле у Нестерова. Сам напросился, сам за нее отвечай. Мне будешь докладывать каждый день.
В трубке раздались короткие гудки. Остудин отстранил ее от уха, подержал несколько мгновений перед собой и положил на рычаг.
Первым желанием было обрадовать Еланцева и Кузьмина, а заодно и обсудить новость. Но, поразмыслив минуту-другую, решил, что времени для обсуждения будет много. Баржа с оборудованием придет только через три дня.
Пятисоттонная баржа с буровым оборудованием пришвартовалась к причалу нефтеразведочной экспедиции в пять утра. Северное солнце, пытаясь оторваться от горизонта, никак не могло высвободить нижний край из дымящейся розовой полоски, разлившейся над самой водой на противоположном, затопленном берегу Оби. И потому казалось, что далеко-далеко над рекой клубится огненный туман.
